Ты у меня сильная малышка, ты просто испугалась.
— Я больше не могу, — пожаловалась я ему тоном обиженного ребенка. — Все время какие-то трупы валяются, смотрят на меня своими глазами жуткими.
— Ты девочка, — усмехнулся он и поцеловал меня в лоб. — Ты моя смелая, сильная девочка. — И спросил, заглянув мне в глаза: — Ну, все? Отпустило?
— Да, — устало, словно выпотрошенная после эмоционального взрыва, подтвердила я. — Не знаю, что это было.
— Это нервный срыв, — разъяснил он. — Ты все держишь в себе и стараешься не поддаваться эмоциям, вот и накопилось до критической массы.
— И спросил: — Полегчало? Чувствуешь, что отпустило?
— Да, — прислушавшись к себе, удивленно сказала я.
И на самом деле ощущение испытывала такое, как будто скинула тяжелый груз, что несла все это время и не осознавала, что несу — сбросила и почувствовала себя хоть и усталой и замученной, но удивительно свободной. Словно смогла продышаться полной грудью первый раз за долгое время.
— Да, — повторила я. — И правда полегчало.
— Ну вот, — порадовался Илья и, нежно взяв меня рукой за подбородок, приподнял мое лицо и уговаривающим тоном объяснил: — Кирочка, теперь надо набраться сил, потерпеть и просто выдержать еще немножко. Ладно?
Я кивнула, соглашаясь.
— Я же говорю: умница, — похвалил он, коротко поцеловал в губы, посмотрел изучающе и с некой тревогой мне в глаза и попросил: — Ты сейчас соберись с силами. Я буду все время рядом с тобой.
— Я справлюсь, Илья, — заверила я.
— Я действительно в порядке. Просто нервы сдали. Сорвалась. Но мне стало намного легче.
— Ничего, милая, — поцеловал он меня в лоб, — немножко осталось. То, что Иваницкого убили, меняет всю картину преступления. Но я предполагал вероятность такого развития событий и наличие еще одного фигуранта. Всего пару дней, и мы его возьмем — тогда все закончится.
— Закончится это хорошо, — кивнула я, шмыгнула носом, вздохнула глубоко, выдохнула и решительно спросила: — Ну, что, пойдем посмотрим, что с ним случилось?
— Сама идти сможешь? — заботливо спросил Илья.
— Да, — высвобождаясь из его объятий, проверила я свои возможности и подтвердила: — Нормально.
— Вот и молодец, — снова похвалил он меня и поцеловал очередной раз в лоб. — Идем.
И все посматривал на меня внимательным взглядом, пока я рассматривала труп, скрючившийся в багажнике машины с искаженным от боли застывшим лицом.
Ужас.
