Илюшин замолчал. Сергей терпеливо ждал. Наконец, когда он уже решил, что продолжения не будет, Макар сказал:
– Все дело в случайности. Мы думаем, что для какого-то дела нужен ум… А он ни для чего не нужен. Требуются совершенно другие качества, например, умение оказаться в правильном месте в правильное время или какие надо друзья детства… На любой позиции глупый человек может довольно долго не прокалываться. Ты еще не видел, сколько идиотов заседает в научных советах! А если работа групповая, система берет на себя компенсацию издержек идиотизма своего члена.
Бабкин хотел спросить, когда это Илюшин успел понаблюдать за научными советами, но почему-то не стал. Он сел на ковер, прислонился к креслу и потянулся до хруста в позвоночнике."
"– Я-то думал, Кудесников – нормальный человеческий псих! А он всего лишь идиот. Книжку про Антарес написал некто Десницкий, и это даже не псевдоним: живет себе такой инженер-проектировщик Иван Десницкий, трудится на вполне заурядной работе, в свободное время пишет вполне успешные книжки.
Он отдаленно похож на Габричевского, я это еще в квартире у Ильи заметил. Этого сходства Мирону хватило, чтобы схавать выдумку об авторстве Габричевского и не подавиться. Ну, наш орел на этом не остановился и пошел еще дальше. Поглумился над ним от души. Мирон каждые два дня звонил ему и спрашивал, как дела с комиссией и передал ли Габричевский его нетленки. В день убийства тоже развел бодягу на пять минут, втирал о важности своих трудов и заверял Габричевского в вечной преданности… Нет, ну как взрослый человек мог поверить в эту бредятину? Просто в голове не укладывается…
Илюшин поднялся, пересел в свое желтое кресло, забросил ноги на подоконник.
– Габричевский выдал твоему Мирону классическую теорию заговора. Американцы не высаживались на Луне, нас облучают с вышек, из круассанов за нами следит повидло, миром правят рептилоиды и прочая шапочка из фольги. Вызывает уважение, что он мгновенно сориентировался: сам Кудесников сочиняет о заговоре котов, а Габричевский всучил ему заговор издателей.
А что касается ума… Ты не замечал, что даже у образованных и несомненно умных людей бывает нечто вроде слепого пятна – области, где их представления о реальности выглядят сущим бредом? Такой, знаешь, разрыв в плотной ткани интеллекта. Пожалуй, полноценная дыра. У самого Габричевского тоже было это слепое пятно.
– Ворожея? – спросил Сергей.
– Я просмотрел все три часа его бесед со Стряпухиной. Кстати, Олеся слукавила.
