«Все-таки псих, – печально подумал Сергей. – А неплохо маскировался».
– Думаешь, я спятил? – угадал Мирон. – Если отталкиваться от общего блага, а не от частного, то хорошо бы, чтоб так и было. После семинара мы с Габричевским пошли в парк. Взяли по пиву, сели на скамеечке… Я снова попросил его помочь с изданием книги, раз он в крупном издательстве свой человек… Илюха так на меня посмотрел… Я сразу понял, что здесь что-то не то. А он мне объяснил, что для того, чтобы тебя напечатали, недостаточно написать хорошую книгу.
Даже если она будет хоть сто раз гениальная, тебя прокатят. Давно уже существует договоренность между всеми крупными издателями: печатать только бездарностей. Чем хуже текст, тем лучше для них. Не замечал, какого уровня литературка сейчас продается? Все, что мы имеем последние двадцать лет, мы имеем благодаря этому сговору. Весь этот отстой, графоманов этих…
– А зачем печатать бездарностей? – не удержался Сергей, хотя спрашивать не следовало.
– План по оболваниваю населения, – спокойно объяснил Мирон.
– Тупыми управлять легче. Это государственная программа, за ней такие люди стоят… – Он поджал губы и возвел глаза к потолку. – Никто из них не захочет, чтобы правда выплыла. Но есть и те, кто борется. Проталкивает хорошие книги, чтобы наш народ не деградировал окончательно. Сначала они проверяют кандидата. Биографию, взгляды, и книги его читают, само собой, очень внимательно. Выносят вердикт: стоит выпускать эту литературу в противовес графоманам или поискать еще что-то. У Габричевского все получилось.
Мы с ним душевно поговорили в тот вечер, он обещал помочь… – Мирон наклонился так сильно, что грудью лег на стол. – А через неделю его убили.
3Час для кофе был поздний, и Сергей, поколебавшись, сварил себе какао. Огромная кружка сладкого какао с молоком. То, что нужно после Кудесникова.
С кружкой он пришел в комнату, где на ковре валялся Илюшин.
– Объясни мне, Макар: как человек с интеллектом тритона способен зарабатывать деньги? Приличные, что характерно!
Илюшин оживился.
Он перевернулся на бок и поднял указательный палец к небу:
– Одно время я всерьез размышлял над этим вопросом. Я знавал идиотов-миллионеров, которые разбогатели в девяностые. Но тогда миллионы можно было получить на коротком рывке. Сейчас прежние способы не работают, а слабоумные миллионеры по-прежнему встречаются вокруг, как зубры в Приокско-Террасном заповеднике – в приличных количествах. Один из самых богатых людей, которых я видел, был откровенно глуп.
