Командарм

Но если эти материалы передать на Большую землю, и там запустят их на кинопередвижках, то подъём духа у народа обеспечен. И наоборот, этими материалами можно попытаться понизить боеспособность немецкой армии – транслировать через громкоговорители репортаж о параде на главной площади Варшавы советских войск. Очень весело будет немецким солдатам идти в атаку, после того как они услышат такой репортаж. А немецкий генералитет наверняка после такого парада будет в дикой ярости. И можно со стопроцентной уверенностью ожидать, что они бросят все силы, чтобы нас уничтожить.

Лучшие дивизии снимут с восточного фронта, чтобы отбить Варшаву и стереть наглецов в пыль. А нам, в принципе, это и нужно. Чем больше будет брошено против моей армии немецких дивизий, тем лучше. Тем быстрее остальная Красная Армия встанет на ноги и начнёт по-настоящему воевать с фашистами. Задача, поставленная генералом армии Жуковым, будет полностью выполнена. Пускай мы погибнем, но своей смертью дадим возможность России победить и жить дальше.

Для выполнения этих моих планов и более успешной обороны нужна была поддержка местного населения. И для создания мощного оборонительного пояса, и для разведки, и для снабжения продуктами питания моих ребят. Вот поэтому я и согласился с Ежи устроить приём для местного бомонда.

А приём, с моей точки зрения, был шикарен – шампанское лилось рекой, столы были уставлены различными экзотическими блюдами, которые я и не пробовал ни разу. Да что там я, даже такой гастроном, как Шерхан, по его словам, и не подозревал, что существуют такие продукты, как устрицы или бананы.

Про ананасы или рябчиков Наиль слышал и даже сам любил повторять стишок про буржуев, но вот про остальные изыски буржуинов он даже и не подозревал. Злился страшно на этих кровопийц, которые даже во время войны так жируют. Пришлось провести с ним беседу о политкорректности и дипломатии. Но выражаться матом о предстоящем сборище буржуинов он перестал только после того, как я разрешил часть блюд перенести в нашу пристройку и там устроить пиршество спецгруппы во славу советского оружия.

После начала приёма я, наверное, не меньше часа слушал трескотню сидевшего рядом Ежи. Это он переводил хвалебные речи вельможных панов в мой адрес. И только после этого политеса, в курилке, начался деловой разговор. Во всех этих беседах разговор крутился вокруг одной темы – как долго русские солдаты будут находиться в Варшаве.