– Когда мы с этой Ксюшей разговорились по душам, то выяснилось, что обоих убитых она знала очень хорошо, моталась с ними по всяким злачным местам, и на мотоциклах каталась, и все что угодно. А в то воскресенье она от компании откололась, потому что у нее накануне помер дядя и ей пришлось идти с родными на похороны. Но она совершенно точно сказала, что с этими двумя должен был обязательно быть третий – мол, они все не разлей вода. И вот этот третий и есть генеральский сынок, Кадошкин Валерьян Константинович – в честь деда так назвали.
– Почему Самовар? – удивился Крячко.
– Ты у меня спрашиваешь? – уничтожающе посмотрел на него Жмырин. – Вот встретишь его и спроси почему. А меня интересовало совсем другое – где этого фрукта найти. Ксюха назвала несколько мест, но поклялась, что не видела Кадошкина уже с воскресенья. Предположила, что он засел у папаши на даче.
Он сердито замолчал, с вызовом глядя на Гурова. Тот пожал плечами и сказал:
– Не так уж много мы и знаем. Ты говорил, что существует целая компания, а ты нацелился именно на Кадошкина. Почему?
– Да потому, что именно они гоняют на мотоциклах. На месте преступления обнаружен крутой какой-то мотоцикл, как его… «Сузуки», что ли? И у Кадошкина мотоцикл. Еще круче, между прочим. Говорят, папаша ему «Харлея» от широты души купил.
– А мог и не быть, – подсказал Крячко.
– Скорее всего, был все-таки, – не оборачиваясь, возразил Жмырин. – Во-первых, Ксюха заявила, что эти трое сговаривались вместе по шоссе погонять, а во-вторых, гаишники, которые дежурили в том районе, утверждают, что вроде бы видели похожих мотоциклистов.
– Это уже серьезно, – заметил Гуров. – Во всяком случае, есть все основания задать несколько щекотливых вопросов господину Самовару. Но поскольку не имеется никаких оснований подозревать его в совершении преступления, то нам следует быть крайне деликатными. Его отец уже перенес инфаркт. Не стоит провоцировать следующий…
Жмырин иронически посмотрел на него.
– Я же говорю, Лев Иванович у нас как главный утешитель, – заметил он.
