– Да куда он теперь денется? – презрительно сказал Жмырин. – Разве что на встречу его папаша за ручку приведет… Тогда другое дело, тогда сплошная презумпция невиновности получится…
Гуров неодобрительно покосился на него в зеркало и снова обратился к девушке:
– Скажи, милая, а вообще твои друзья по натуре какими были? Хулиганистые ребята? Приключений искали?
– Ну, вообще… – беспомощно протянула Ксения. – Немножко было… Это Джу-Джу особенно задиристый был.
– Правильно, – ядовито заметил Жмырин. – На этого теперь можно все валить.
– Я в экономическом учусь, – робко ответила Ксения. – На втором курсе.
– Ага, – сказал Гуров. – И как учишься?
– Не очень, – со вздохом призналась девушка.
– Валерку отец все в военное училище отдать мечтает, – сообщила Ксения. – А он в училище не хочет. И в армию тоже. Он все обещал отцу, что поступит, поэтому тот его от призыва откосил. А потом понял, что Валерка просто дурака валяет, и разозлился.
– Ну ясно, что за птица! – усмехнулся Жмырин. – А ты, Гуров, говоришь…
– Я ничего не говорю, – возразил Гуров. – Я говорю – разбираться будем.
На Земляном Валу они высадили Ксению и еще раз попросили ни о чем не волноваться. Потом переехали мост, свернули на набережную и остановили машину метрах в пятидесяти от предполагаемого места встречи.
– Уже хорошо. Здесь движение одностороннее, – заметил Гуров. – Значит, мы его никак не пропустим.
– Думаешь, он будет настороже? – спросил Крячко. – Думаешь, ему есть что скрывать?
– Я думаю, это мы должны быть настороже, – сказал Гуров. – Все прочее потом.
Минут через пять появилась Ксения. Она шла вдоль парапета, нервно оглядываясь по сторонам и кусая губы. Искала она явно одного Кадошкина, потому что на «Пежо» Гурова даже не обратила внимания.
