Но могло получиться и совершенно наоборот – такие случаи Гурову тоже были известны.
– Как думаешь, он приедет или придет? – глубокомысленно спросил Крячко.
Но ответ он получил не от Гурова. Вдруг за их спиной из-за бетонного ограждения вывернулся красавец-мотоцикл, сверкающий хромом и сталью, влился в поток машин, а еще через несколько секунд притормозил возле газона, разделяющего проезжую часть и пешеходную дорожку. Ксения тут же сорвалась с места и бросилась к мотоциклу.
Гуров быстро распахнул дверцу и, выскочив из машины, быстрыми шагами направился туда, где остановился парень на «Харлее».
Мотоциклист был в сверкающем черном шлеме, из-под которого не было видно лица, но и без того было ясно, что он жутко нервничает. Заметив, что к нему идут люди, он истерически заорал, повернув голову к девушке: «Прыгай скорее, дура!» – и повернул ручку газа. Гуров предупреждающе замахал руками. Ксения в растерянности остановилась посреди газона.
– Позаботься о девчонке! – крикнул на бегу Гуров Жмырину и помчался к машине.
Крячко уже принял решение. Едва завидев, как мотоциклист ударился в бега, он мигом перебросил свое грузноватое тело через спинку сиденья и, усевшись за руль, завел мотор.
– Гони! – коротко сказал он. – Все последствия беру на себя.
Крячко нажал на газ и одновременно на клаксон. С тревожным воем они покатили вперед. Автомобилисты, не выдерживая психической атаки, прижимались к бордюрам. Черный мотоцикл петлял уже метрах в ста впереди них.
– Зуб даю, он сейчас направо свернет и будет уходить переулками, – сказал Крячко. – Послушай, Лева, а может, нам гонки не устраивать? У парня явно рыло в пуху.
– Может, ты и прав, – сказал Гуров. – Но все-таки давай попробуем. Если у него рыло действительно в пуху, то потом нам придется слишком долго его искать.
Мотоциклист перестроился в крайний правый ряд и нервно оглянулся через плечо.
– На маневр пошел, – сказал Крячко. – Что плохо, тут его нигде не объедешь, а он мобильнее, конечно.
