Конец Смуты

Нет, пора стряхнуть с себя это проклятое оцепенение и заняться делом…

– Ваше величество, – вывел меня из состояния задумчивости голос Лизхен, – с вами все хорошо?

– Да, а почему ты спрашиваешь?

– Все в порядке, милая, просто мне пора уезжать.

– Вы возьмете меня с собой?

– Нет, не сейчас. Вы с Фридрихом теперь отправитесь в Москву. Там есть слобода, или, по-нашему – квартал, где живут немцы. Там Фридрих купит или построит дом, где вы будете жить, пока я не вернусь.

– Как прикажете, ваше величество.

– Что вы, я и не думала, просто я буду скучать.

– Ничего не поделаешь.

Встав, целую на прощанье девушку и решительно выхожу из горницы, тут же наткнувшись на Буйносова.

– Вот что, стольник, вели собираться всем воеводам да прочим начальным людям. А сейчас кликни ко мне Вельяминова.

Старший постельничий угодливо кивает и тут же бросается вон. Через минуту слышно, как он сочным басом раздает распоряжения слугам, и в архиепископских хоромах начинается суета. Обернувшись, вижу перед собой Михальского.

Мой телохранитель, как всегда, подтянут и щеголеват. Лишь в уголках глаз заметна затаенная печаль. По какой-то безмолвной договоренности мы с ним не говорим о его последней поездке на родину. Хотя я знаю, что там случилось, и он тоже знает, что мне все известно.

– Звал, государь? – вваливается к нам Никита.

– Готовимся к отъезду, – оборачиваюсь я к нему.

– В Новгород, но не сразу. Надо будет еще в одно место заглянуть.

– Кого с собой брать будем?

– Рейтар, кирасир и драгун фон Гершова.

Ну и казаков пусть Михальский прихватит помимо своей хоругви, куда же без них. Обоз не брать, идем одвуконь да третья – с припасом. Нагой здесь еще?

– А куда же он денется… прикажешь брать его с собой?

– Нет, пусть скачет в Москву. Письма повезет о делах наших и прочем. Да еще распоряжение в Посольский приказ, чтобы не мешкая выслали в Новгород дьяков толковых да подарки для короля и его придворных.

– Должны успеть. О том говорено заранее, да и, по-хорошему, они уж в пути должны быть.

Этот так, на всякий случай.

– Что с остальными нашими?

– Пусть тоже в Москву возвращаются. Да, с ними пусть мой Фридрих поедет, ну и сам знаешь кто. Кроме того, пусть не забудут Кшиштова Радзивила захватить и его жеребца. Причем жеребец как бы не важнее. Пошли кого-нибудь приглядеть.

– Может, Мишку?.. – задумчиво говорит Никита, но тут же, спохватившись: – Не-а, Романова нельзя, лучше Федора.