Может зря я так безрассудно помчалась ночью на пруд? Наверное, но очень уж хотелось попрощаться с этим местом!
На всякий случай я замерла, не двигаясь и стараясь не дышать. Долго и внимательно прислушивалась, отслеживая каждый звук, каждый шорох, но ничего подозрительного не обнаружила. Выдохнула облегченно — да и правда, кому надо по ночам в парке гулять и за мной следить?! Весь замок крепко спит, а чужих у нас отродясь не водилось — на ночь ворота закрываются и артефакты охранные включаются.
Скинула туфли и подошла к краю воды.
Потрогала ее ногой - теплая, еще приятнее, чем днем. Снова воровато оглянулась и, не заметив ничего опасного, распустила волосы. Торопливо потянула с себя платье, оставшись в одной нижней сорочке. Бросила его рядом с туфлями и начала медленно заходить в воду, чуть не постанывая от удовольствия, так приятно она ласкала разгоряченную долгим бегом кожу.
Зайдя по грудь, я ухнула вниз, уходя под воду с головой. Посидела под плотной толщей, пока не закончился воздух в легких, и вынырнула.
Неспешно работая ногами и руками, поплыла к середине пруда. Там плотным кружком собрались ярко-красные, растущие только здесь, волшебно пахнущие лилии."
"Такого аромата, как у них, я больше нигде не встречала — нежный, как сиреневый сад в начале мая, и хрусткий, словно осенние яблоки. Я даже духи из них хотела сделать, но не вышло — едва сорвешь цветок и все, запах исчезает, словно он неживым делается. Видно только тут в воде, эти лилии источать ароматы могут. Зато если уж тронешь их, хоть кончиком мизинца, аромат на коже на несколько дней останется, ничем не смоешь.
Доплыв до цветов, я легко провела кончиками пальцев по раскрывшимся бутонам. Погладила и прошептала:
- Прощаться к вам пришла, милые, никогда больше не увижу вас. Не забывайте меня и я всегда буду вас помнить, — длинно потянула носом, словно хотела навеки сохранить волшебный аромат в себе, и поплыла обратно.
Не хочу тут долго оставаться, только душу себе травить.
Выбравшись на берег отжала волосы и оставила их сохнуть распущенными.
Оттянула прилипшую к телу мокрую ткань сорочки, сначала на груди, потом на бедрах: прохладно, аж кожа съежилась под свежим ночным ветерком.
«Приеду в императорский дворец с хлюпающим носом, оглушительно чихающая и надрывно кашляющая, и тогда точно опозорю вас, матушка» - подумала я с неожиданным злорадством все-таки решив, что болеть у меня нет никакого желания, я снова прислушалась к звукам вокруг меня.
