Король Ардена

 – Он поцеловал малыша в мокрую от слез щеку. – Хочешь на улицу? Мы найдем кису.

Райнер встрепенулся и кивнул, но плакать не перестал. Вместе с Норой они с трудом надели на него шубку и теплую шапку и обули в меховые сапожки. Затем Рэндалл отправил измученную Нору отдыхать и вышел с Райнером во внутренний двор замка. Из-за надвигающихся сумерек на улице было морозно, а в звенящей тишине сада отчетливо раздавался хруст снега.

Как только они вышли из замка, Райнер перестал плакать. То ли просто устал, то ли так на него подействовал свежий воздух.

Рэндалл поставил его на землю, и Райнер тут же плюхнулся в снег. Недолго думая, Рэндалл сел рядом. Он накинул на себя плащ и теперь жалел, что не оделся потеплее.

– Хатю к маме. – Райнер посмотрел на Рэндалла большими серыми, как у него, глазами, в которых снова стояли слезы.

– Я тоже. – Опасаясь, что сын снова расплачется, Рэндалл решил как-то его отвлечь. – Давай слепим снеговика?

– Ни хатю.

– Замок?

Райнер покачал головой, и его губы задрожали.

– Давай сделаем кису?

Он поднял голову, и Рэндалл, заметив в глазах сына заинтересованность, мысленно поблагодарил Единого.

– Кису?

– Да, большу-у-ую кису.

Райнер шмыгнул и вытер нос варежкой.

– Хатю кису.

Рэндалл с облегчением выдохнул.

В течение следующего часа они лепили кота. Сначала скатали большой снежный ком для туловища, а потом комок поменьше – для головы. Потом Рэндалл прилепил к получившемуся телу лапки и хвост, который тянулся вверх по спине и изгибался на самом кончике. Когда они приделали коту треугольные ушки, Райнер и вовсе пришел в полный восторг.

Рэндалл нашел два крупных круглых камешка и один поменьше – для глаз и носика – и дал Райнеру прилепить их на мордочку. Усы сделали из веточек. Затем Рэндалл снял перчатки и отшлифовал фигуру, делая ее больше похожей на кота.

К этому времени на дворе уже стемнело и на небе появился молодой месяц.

– Ну как, сынок, нравится киса? – спросил Рэндалл, любуясь результатом совместных усилий. Он повернулся к Райнеру, с надеждой ожидая ответа.

Малыш подошел к скульптуре, что была с него ростом, и коснулся пальчиком черного носика. Рэндалл даже дышать перестал, но через пару мгновений на губах Райнера расцвела довольная улыбка, а на щеке появилась ямочка.

– Касивая киса, – вынес вердикт Райнер, и Рэндалл улыбнулся в ответ.

– Как назовем? – спросил он, присев рядом с сыном на корточки.

– Киса.

– Хорошо. Киса по имени Киса. Мне нравится.

Рэндалл притянул его к себе и, крепко обняв, поцеловал в макушку.