Отсижусь до утра, а потом спущусь к гроту и заплыву в замок…
– Эй! – полетело мне в спину. – Ты не дослушала про обмен клятвами!
Голос Рихарда прозвучал лениво и на расстоянии. Значит, дракон не преследовал меня. Взобравшись на валун, я быстро оглянулась через плечо и увидела, что король нежится в волнах прибоя, улегшись на живот и положив подбородок на сложенные руки.
Море омывало его нежно, будто ласкало пенными ладонями. Совсем иначе оно вело себя со мной, когда я выходила на берег – сбивало с ног, жадно хватало, пытаясь затянуть обратно… Это так поразило меня, что я замедлила шаг, а скатившись на ту сторону валуна остановилась, потому что дракон продолжал:
– Я ведь тебя не тронул, – снова крикнул он, и его голос не отразился эхом.
Это было удивительно, но природа впитала слова дракона, как губка воду. Вобрала в себя и не отпустила… Что же это за существа такие – драконы? Если и вода, и земля принимают их, как своих?..
– Раз я сдержал слово, то и ты должна выполнить часть нашего уговора! – дракон не делал попытки догнать меня, и это было очень хорошо.
Хватит времени, чтобы спрятаться.
– Никакого уговора не было, – пробормотала я, начиная карабкаться по круче и стараясь держаться в тени, потому что луна всё-таки выбралась из туч, вспомнив о своих ночных обязанностях.
– Ты не дослушала! – долетел до меня голос Рихарда. – В обмен я хочу поцелуй!
– Мечтай, – пожелала я ему шёпотом, ухватившись за кривое деревце, которое росло на склоне.
Ещё локтей пять – и я буду в безопасности…"
"В первую секунду мне показалось, что откуда-то сверху на меня прыгнул зверь, толкнув в плечи.
Я выронила кинжал и полетела спиной вниз, но далеко не улетела, потому что оказалась прижатой к сильному мужскому телу – голому, прохладному, как камень, или… как дракон.
– Говорил же, что не убежишь, – шепнул мне на ухо король Рихард, прижимая меня к себе и обнимая за талию.
Я приготовилась драться не на жизнь, а на смерть, но дракон не делал пыток развернуть меня или взглянуть мне в лицо.
И не торопился облапать за грудь или другие места – просто сцепил руки на моём животе.
– Что насчет поцелуя? – спросил он вкрадчиво.
– Нет, – выдохнула я, облизнув пересохшие губы.
Морская соль отозвалась на языке горечью, а я замерла, не зная, чего ждать и на что надеяться.
– Какая ты несговорчивая, – со вздохом упрекнул Рихард, но я не поверила ни его вздохам, ни наигранному сожалению. – И драгоценные камни тебе не нужны?
– Нет, – ответила я уже твёрже.
