Король медвежатников

Теперь трудно было поверить, что когда-то они сжимали в руках меч и булаву. — Я дам тебе еще три корабля.

Искандер сделал протестующий жест рукой.

— Не нужно благодарности. Эти корабли я даю тебе не бескорыстно. Деньги ты за них отдашь, как только станешь по-настоящему богатым. Я думаю, что такое время наступит очень скоро. А потом, я заинтересован в увеличении своей доли, — громко расхохотался эмир.

Веселье эмира Искандера выглядело вполне искренним. В эти минуты он сбросил по крайней мере два десятка лет. Поражали его зубы — белые и необыкновенно крепкие.

Нетрудно представить, каким он был пиратом, и, возможно, даже очень неплохо, что время навсегда развело их странствия по морям.

Вспомнив, как эмир шлепнул крепкой ладонью наложницу по пышному заду, Бахтияр тоже улыбнулся. Правда, сдержанно. Несмотря на белую бороду и выцветшую, словно обветшавший пергамент, кожу, Искандер оставался юношей, склонным к мелким проказам.

— Тогда другое дело, — развел руками Бахтияр.

Судьба у эмира Искандера была завидной.

Мало кто из пиратов доживает хотя бы до седых волос, а чтобы узнать на старости величие и всеобщее уважение, таких и вовсе не сыскать! «Неплохо было бы на склоне лет завоевать какой-нибудь остров и в кругу приближенных доживать на нем свой век», — подумал Бахтияр.

— Я видел, какими глазами ты смотрел на наложниц, — продолжал беседу старик. Настроение эмира улучшалось с каждым выпитым бокалом вина. — Вижу, что мои женщины тебе понравились. Своих наложниц я собирал по всему Средиземноморью.

Я могу с уверенностью сказать, что самые красивые женщины находятся в моем гареме! Мне немного осталось, — обреченно махнул рукой Искандер, — и поэтому женщины едва ли не единственная радость в моей жизни. В молодости я разъезжал по всем невольничьим рынкам и отбирал красивейших девиц. Такой товар во все времена стоит дорого. А если ему придать еще и надлежащий вид! И поэтому половину своего состояния я тратил на самую настоящую красоту и ни разу не пожалел об этом… — Губы старого пирата разошлись в счастливой улыбке.  — Кто знает, сумел бы я дожить до глубокой старости, если бы меня не любили женщины? Силы покидают меня, и теперь я не могу уделять им столько же внимания, как случалось в молодости. — В глазах старого пирата Бахтияр увидел черную тоску. — У меня к тебе есть просьба, Бахтияр.

— Я выполню любую твою просьбу, эмир Искандер, — постарался не показать своей настороженности Бахтияр, заметив, как вспыхнули глаза старого пирата.