Король медвежатников

— А вам не кажется, что это ловушка?

— Поворачивать поздно… Уже пришли!

Подошли к сторожке — тесной и невысокой, чем-то напоминавшей крепко срубленную домовину. На двери прибиты кресты, чтобы отгонять разного рода упырей и прочих необузданных мертвяков, а вот немного сбоку нечто непонятное — старенькая, побитая ржавчиной, подкова. Странно, но Савелий всегда считал, что она на счастье и что это — исконно русская примета.

— Есть здесь кто? — громко спросил Савелий.

Дверь, скрипнув, приоткрылась. В помещении царил полумрак, а в лицо ударил неприятный холод — ну, точно в склеп вошел! И как тут живут эти смотрители? Савелий обо что-то споткнулся.

— Непонятно, как он здесь живет?

По всей видимости, Григорий Васильевич тоже не знал этого. Савелий слышал позади его дыхание. Генерал двигался осторожно, скользя ладонью вдоль стены.

— А хрен его знает! — заметил генерал. — Здесь даже воздух какой-то смердящий.

— Григорий Васильевич, спичек-то у вас нет? Мои куда-то запропастились.

— Сейчас, — послышалось шуршание — Ага, нашел! — радостно воскликнул Аристов.

Первая спичка обломилась, сверкнув в воздухе красной искрой; вторая, вспыхнув, осветила небольшое помещение, и тут Савелий увидел, обо что споткнулся минуту назад, — из комнаты в коридор протянулась полусогнутая нога в темно-зеленых брюках.

— Господи! — негромко ахнул Аристов. — Неужели смотритель?!

Савелий вошел в комнату.

— Смотритель, кто же еще? Кто-то очень не хотел, чтобы мы с ним встречались.

— Ах ты, дьявол! — негромко выругался Аристов, бросив на пол догоревшую спичку.

Описав небольшую дугу, спичка опустилась у головы убитого, на мгновение осветив его застывшее лицо. И снова мрак.

— На столе я заметил огарок, — сказал Савелий, сделав еще один шаг.

— Что за привычка нагнетать такие страсти? — ворчал генерал. — И обязательно на кладбище! Ощущений им не хватает? Могли бы сюда провести свет, ведь цивилизованная же страна. Европа!

Григорий Васильевич чиркнул спичкой о коробок.

Савелий взял со стола огарок и поднес к пламени.

— Где-то здесь должны быть кладбищенские журналы, — он высоко приподнял свечу. — Ага, нашел! — потянулся он к двум книгам в толстом коричневом переплете.