— Но иногда, когда безголовый, но гордый своей временной должностью секретарь портит все, до чего дотягивается…
— А дотягивается до всего, — подхватил подошедший Вальтер. — Воистину, отпуск Мадина — черное время для Кальдоранна. Но! Уже большая часть благородных дерров знает, когда не нужно доставать короля. Точнее, когда не стоит писать королю письма и просить об аудиенции.
— Ты бросил свою юную невесту? — нахмурился Линнарт.
— Вот еще, — чуть усмехнулся Вальтер. — Я теперь почтовая химера между моей возлюбленной невестой и твоей возлюбленной королевой.
С легким поклоном дерр ректор передал Маргарет письмо, в котором Тамира коротко и четко описывала все, что успело произойти с некромантом.
— Благодарю, дерр Вальтер.
— Счастлив служить моей королеве, — поклонился ректор.
И больше всего Маргарет поразило то, что в его словах не было насмешки. Абсолютная искренность. От осознания этого ей стало немного легче.
— Ты говорила, что мора Саддэн жива, — Линнарт немного понизил голос.
— Но в число приглашенных ты ее не включила. Почему?
— Она живет с другим именем и навестит нас позже. Посол Келестина был скомпрометирован, и его вскорости сменят. Вот тогда она нас и навестит.
— Посол Келестина был первым, наказанным по статье двадцать дробь семнадцать с формулировкой «насильственное опоение любовным зельем».
— И так как первый осужденный принадлежит другой стране, тебе с легкостью удалось сформировать правильное общественное мнение? — спросила-угадала Маргарет.
— Но его ведь нельзя было судить по нашим законам?"
"— Именно. Знаешь, я самый счастливый мужчина во всем свете. Мне досталась умница, красавица и даже не знаю, кто еще. Я осудил его и выслал в Келестин.
— И сильная колдунья, знающая больше сорока неподсудных, но очень мерзких проклятий с особыми способами снятия. Это я к тому говорю, Лин, что ты опять смотришь на мору Ровейн.
— Она сманивает Гилмора, — вздохнул король.
Маргарет вздохнула в унисон с любимым и промолчала. Дерр Глорейн не был злодеем. Он совершил ошибку и запутался, пытаясь выбраться без потерь. В той ситуации виновных было двое и не стоит об этом говорить — Линнарт и сам прекрасно понимает.
— Ты будешь просить Богиню о наказании для него? — спросила Маргарет.
— Должен, — с отвращением в голосе произнес Линнарт.
— Тогда попроси неубедительно, а я буду просить о милости.
