Маргарет прижималась к любимому и широко улыбалась. Она не знала, есть ли среди присутствующих еще хоть кто-то столь же счастливый, сколь и она.
В стороне стояла Тамира. С розовеющими щеками она выслушивала какие-то замечания и ремарки дерра Вальтера. Скользнув по подруге взглядом, Маргарет улыбнулась еще шире: счастливых здесь как минимум двое.
А на другой стороне мора Ровейн увлеченно допрашивала дерра Глорейна и тоже выглядела до неприличия счастливой. Она ради Рассветного бала надела платье. И Маргарет, глядя на это платье, краснела вместо бесстыдной келестинки.
Потому что никто, никто не смог бы надеть подобный черно-белый, непристойный наряд. А Германика смогла.
— Прекрати смотреть в сторону моры Ровейн, — обиделась Маргарет, отследив взгляд его величества.
— Я переживаю за государственные тайны, — оскорбился Линнарт.
— А я за государственную нравственность.
— Да? А кто пил чай в гостиной некроманта? — тут же припомнил король. — Да еще и наедине с ним.
— Избранница пила. А вот мора Дарвийская себе этого не позволит, — тут же успокоила любимого Маргарет.
— Напоминаю, через две минуты вы должны будете открыть бал, — вкрадчивый шепот дерра Наблюдателя едва не сделал Маргарет заикой.
— Спасибо, — кивнул король. — Наш самый важный танец.
— Самый важный уже был, а этот — самый официальный, — серьезно ответила Маргарет.
— Согласен."
"Люди, подходившие ближе, чтобы посмотреть на будущую королеву, стремительно расходились в стороны. Маги убирали вертлявые иллюзии, заменяя их на другие.
Паркет скрылся под водой, которая, впрочем, не мочила туфель. С неба начали медленно, плавно осыпаться лепестки яблонь и вишен.
— Как тебе? Я сам это продумал. — Линнарт снял с волос Маргарет несколько лепестков. — У нас не было возможности сделать все по-людски.
— Мне нравится то, что есть сейчас. Мне нравилось то, что было. И я уже люблю наше будущее, — севшим голосом ответила Маргарет. — Но как ты все успел?
— Я очень старался. И Вальтер очень старался — у него получается самое забористое бодрящее зелье во всем Кальдоранне.
Так, переговариваясь и глядя друг другу в глаза, они кружились по залу, оставляя за собой круги на воде. Лепестки были одновременно похожи и не похожи на снег. Но все придворные с неприкрытой завистью и восхищением наблюдали за прекрасной парой.
Наблюдал и дерр Серый. Некромант и сам не знал, зачем его вдруг вынесло на этот рассветный праздник жизни. Королевской чете ничего не угрожало — уж он-то об этом позаботился.
