Очнувшись от созерцания невиданного зрелища, я осмелилась приблизиться к подарку и прочитать вложенное послание: «Надеюсь, это не саботаж, злюка? Я тебя жду, выздоравливай. Ривз».
Я фыркнула и показала букету язык. Ну что такое, Эрик решил, что я прячусь в лазарете от экзаменов, Ривз — что от него. Как будто нельзя просто заболеть!
Сунула свиток обратно и пошла учить геральдику, в которой и правда путалась.
Эш вошел, когда я пыталась разобраться в хитросплетениях фамильных связей королевской семьи. Глянул в угол на букет, прищурился.
И сел спиной к цветам, рассматривая меня:
— Надеюсь, ты подготовилась, Аддерли.
Интересно, почему госпожа Хилл не заставляет Эша есть дисфилотус заражентус? Вот я бы повеселилась! Но, увы, неприкосновенный выглядел как всегда, безупречно.
Мне хотелось снова обсудить тайны Аодхэна, но Вандерфилд велел думать о предстоящих экзаменах. Я пыхтела и ворчала, что из неприкосновенного вышел бы отличный каратель, ведь никакого сострадания к больной, даже почти умирающей студентке! Ну ни капли!
Ну а то, что меня восхищает умение Эша сосредоточиваться на главном и его невероятная самодисциплина, я, пожалуй, оставлю при себе.
Через пару часов я вышла в уборную, а когда вернулась…
— Эш! Ты что наделал?!
На столике вместо букета слабо дымились его обугленные останки. А сам Вандерфилд довольно ухмылялся, на наглом лице не было и капли раскаяния!
— Ты сжег мой букет! Как ты посмел!
— Он тебя отвлекал, — заявил гад, даже не поморщившись. — Ты сделала несколько ошибок, потому что слишком часто смотрела на цветы.
— Не смотрела я на них!
— А я говорю, смотрела. Ты должна готовиться к экзаменам, а не витать в облаках. Работай, Аддерли.
— Знаешь что… — поперхнулась я от возмущения. — Ты… ты…
— Знаю. — Эш вольготно расположился на моей кровати. — А теперь продолжим. Тебя ждет чароит, ты путаешься в заклинаниях.
— Гад!
— Кстати, веник был жутко безвкусный. Он горел и радовался своей кончине, потому что нельзя быть настолько убогим!
Вместо ответа я швырнула в мерзавца учебник.
Хотел чароит — получай! Увесистый такой томик с железными уголками! И попала! Как раз в бок гада и попала! Вот только порадоваться не смогла, Эш неожиданно согнулся, болезненно скривился и прижал руку к ребрам.
— Ой, прости! — Я бросилась к нему, провела по телу ладонью. — Ты же ранен! Я не хотела! Я позову госпожу Хилл! Тебе больно? Ну скажи же что-нибудь!
Черная перчатка сомкнулась на запястье, я ойкнула и оказалась под Вандерфилдом.
