Доски пола сложились в страшную чудовищную фигуру, норовя сбросить нас в подпол! Вдобавок вспорхнули со стола бумаги и, словно рой рассерженных ос, завертелись под потолком! — Прекрати это!
— Я не могу! Я не знаю как!
— Произнеси заклинание возврата! Ну же!
Вандерфилд ухватился за железный крюк на стене, удерживая нас обоих. Господин Олфридж скрылся где-то в недрах разбушевавшейся комнаты.
— Metamorphosis! — крикнула я.
И бесполезно! Только кошка рассерженно зашипела и с силой ударила по оконному стеклу.
— Не получается! — отчаянно воскликнула я.
Шкаф раздулся и уже не был похож на предмет мебели. Скорее на странное кособокое чудовище с пастью-дверцей!
Эш вздохнул и вытолкнул меня в коридор. Развернулся:
— Mortem!
Его крик прокатился разрушительным смерчем, ударил в стены, выбивая штукатурку. Грохнул шкаф, полетели на пол поленья, стулья и доски. И все стихло."
"Я осторожно всунулась в комнату. Если раньше она была просто захламленной и грязной, то теперь напоминала свалку с кучей мусора. Из-за кресла торчала нога Максимуса, и мы бросились к нему.
— Он жив? — со страхом спросила я. Боги, пожалуйста, пусть он будет жив!
Эш приложил пальцы к шее старика и усмехнулся:
— Жив. И нам надо убираться отсюда, пока этот писака не очнулся и не позвал на помощь. Как бы местные жители не решили его поддержать. Идем.
Я кивнула, еще раз с сожалением осмотрев комнату. И улыбнулась, увидев, как Эш положил на стол несколько купюр. Этого хватит, чтобы компенсировать учиненный нами беспорядок.
К дому с дверью в академию мы возвращались поспешно. Кутались в клетчатые шарфы и смотрели на синий ледник вдали.
— Думаешь, старик прав? Мы угроза? — озвучила я то, о чем каждый из нас давно догадывался.
Да и как не сопоставить факты? Паутина над ВСА, огнезмеи в оранжерее, прорывы, начавшиеся у Гряды, и ярость, с которой твари набрасывались на Эша. На меня звери смотрели с любопытством, а вот Вандерфилда пытались уничтожить. И будут делать это снова и снова! Все это звенья одной цепочки, и от понимания я зябко передернула плечами.
— Замерзла? — Эш остановился и сжал мои руки в варежках, потер, согревая.
Я удивленно улыбнулась. Белобрысый сноб обо мне заботится? Вот так новость!
— Не уходи от ответа.
— Я его не знаю, пустышка.
— Кажется, мы договаривались, что больше никаких пустышек!
— Размечталась. — Он усмехнулся, и у меня на душе полегчало. Ну хоть что-то по-прежнему! — Кстати, мне понравилась деревянная кошка, — подмигнул неприкосновенный.
