После того, как я настучала им палкой по головам! А потом услышали шум и ушли. Испугались.
— Что хотели?
— Чтобы я обходила тебя десятой дорогой.
— Это все? — процедил он.
Я кивнула.
— Кажется, ты что-то скрываешь, пустышка.
— Не называй меня так. И вообще… Мне на уроки надо!
— У тебя хронология, пропустишь. Все равно знаешь ее лучше всех, — рассеянно пробормотал он. — Почему вчера не пришла?
— Ты сам велел не приходить.
— А ты стала послушной девочкой? — Хриплые нотки в его голосе царапают душу… — Раньше я в тебе такого не замечал.
Раньше я не знала, что окажусь для тебя той, кто забирает самое ценное. Ужасное чувство. Стыдное. Не виновата, а внутри все болит.
— Ты слышал, что сказал профессор. Каждое прикосновение может лишить тебя чар.
— Или наоборот, — вкрадчиво сказал Эш. Коснулся моих волос, намотал на палец прядь. Потянул вниз, заставляя отклонить голову и посмотреть ему в глаза. Взгляд такой… дикий. — Мы ни хрена не знаем об этом копье. Но я узнаю, даже не сомневайся. Может, Аодхэн заблуждается, — протянул Эш.
— Нам надо поговорить. Рассказывай, Аддерли. Все, что знаешь о проклятой lastfata.
— Немного, — помявшись, начала я.
Но мне тоже не нравилась ситуация, может, мы сможем хоть что-то прояснить? И, решившись, быстро поведала о заметке Макса Правдивого и непонятном исследовании чар.
— Надо бы найти писаку, — проговорил Вандерфилд, внимательно меня выслушав.
— И изучить «Откровение» Фердиона, — кивнула я. — Ты его читал?
— Там мало понятного. То ли сам Фердион не был уверен в том, что писал, то ли пытался выразиться иносказательно, то ли последователи переврали.
Его первое сочинение разгромили в пух и прах, ты же знаешь. Признали ересью и глупостью.
Он нахмурился, размышляя. А я задумалась: откуда Эш вообще знает о вчерашнем? И тут меня осенило.
— Тот парень в лесу! Это ты его послал! Вандерфилд, ты что, следишь за мной?
— Присматриваю. Чтобы не делала глупости.
— Ну да. Я же теперь сосуд с твоими чарами. Вдруг куда-нибудь сбегу!
Он досадливо покачал головой:
— Трудная ты, Аддерли.
— На себя посмотри. И вообще… ты забыл? Тебе нельзя ко мне приближаться.
— А тебе хочется, да? — Голос стал вкрадчивым.
Таким же голосом Эш ласкал меня под струями воды… или на кровати. Шептал, и внутри все переворачивалось. Его взгляд изменился в один миг. Вот только хмурился и тут же обжег…
Я опустила голову. Вандерфилд тоже, почти касаясь моего лица губами.
— Скажи. Ты вспоминаешь?
— Нет, — выдавила я из пересохшего горла.
