Когда наблюдатель сообщил, что Аддерли вернулась в свою комнату, я продолжал ждать. А когда понял, что она не придет…
Проклятие, моей комнате теперь нужен ремонт, а не уборка.
И еще надо сменить этого неповоротливого наблюдателя! Бесит.
Очень медленно, почти невесомо тронул нежную шею девушки в вырезе рубашки, двинулся выше — к щеке и скуле. Аддерли рвано вздохнула, и у меня внутри все отозвалось на этот вдох. От желания уже в глазах темнеет, а ведь и правда еще ничего не сделал. Погладил кончиками пальцев и опустил руку ниже, очерчивая контур груди и дальше — до узкой талии.
— Эш…
Как же она так произносит мое имя? Ведь слушать невозможно… сразу таки-и-ие мысли!
— Я весь внимание, Аддерли… Говори, не стесняйся. Так ты думаешь обо мне?
И погладил ее губы. Обвел, мягко сдвинул большим пальцем нижнюю. Такая шелковая… Тело вибрировало от желания большего, и я прижался, придавил девушку к стене, к краю окна. И медленно вытащил из петельки пуговицу ее жакета. Потом вторую. Отодвинул жесткую ткань.
Скользкий шелк рубашки льнул к ее телу, обрисовывая изгибы. Завел ладонь ей за спину, притягивая ближе. Еще ближе… еще… Мало… Не выдержав, потянул рубашку наверх, вытаскивая из-за пояса юбки и совершенно не понимая, что можно просто расстегнуть. Мне нужно… прикосновение. Лишь одно… Необходимо.
Тина дышала и вздрагивала, зрачки в ее глазах расширились. Такая отзывчивая…
— Оближи губы, — приказал ей тихо.
Аддерли прижалась затылком к стене, тяжело втянула воздух:
— Эш…
— Сделай это.
Она провела кончиком языка по губам, и от этого простого движения я почти утратил контроль.
Проклятие! Я утратил его, когда втолкнул Аддерли в этот чулан! Не могу ни о чем думать. Хочу чувствовать…
Дернул ее рубашку и положил ладони на бедра девушки, впечатывая в себя.
— Эш! — Прохладные ладони легли на мои руки, останавливая. И я оторвал жадный взгляд от ее губ, посмотрел в глаза. — Я не боюсь снова стать пустышкой, Эш.
Ударение на первом слове.
* * *Он замер, тяжело втягивая воздух. В тесном пространстве чулана я снова теряла себя.
И, не выдержав, оттолкнула его, поднырнула под локоть парня и выскочила в коридор, на ходу застегивая жакет. Сердце рвалось из груди… Оглядываться не стала.
Глава 8
Наступившая зима принесла с собой и новые проблемы. Дома меня ждали плохие новости: дяде стало хуже. В одно морозное утро он не смог подняться с постели и лежал, стискивая зубы от боли. Лишь глянув на его лицо, я снова натянула куртку и бросилась за лекарем.
