Но она снова ошиблась в молодом монахе. Хоть он и не кинулся в словесную атаку на Черного Волка, однако не отступил и не дрогнул перед бесстрашным противником:
– Как я догадываюсь, вы не высоко ставите тех, кто носит одинаковые со мной одежды.
– Вообще ни во что, – отрезал Ройс.
Дженни с тоской представила на полянке брата Бенедикта с налитыми гневом глазами, возвышающегося перед Ройсом Уэстморлендом, словно ангел смерти. Увы, брат Грегори выглядел просто заинтересованным и слегка озадаченным.
– Понятно, – вежливо сказал он.
– Могу я спросить почему?
Ройс Уэстморленд взглянул на него с ядовитым презрением:
– Я не выношу лицемерия, особенно когда оно прикрывается святостью.
– Могу я попросить вас привести конкретный пример?
– Толстые попы, – отвечал Ройс, – с толстыми кошельками, читающие голодным крестьянам нотации о греховности чревоугодия и преимуществах нищеты. – Повернувшись кругом, он прошагал к костру, где Арик на импровизированном вертеле жарил кроликов.
– О Боже милостивый! – шепнула Дженни через минуту, не соображая, что начинает бояться за бессмертную душу того самого человека, которому только что желала погибели.
– Должно быть, он еретик!
Брат Грегори бросил на нее странный, задумчивый взгляд.
– Ежели так, то весьма благородный. – Оглянувшись, он пристально посмотрел на Черного Волка, развалившегося у огня рядом с охраняющим его гигантом, и тихо проговорил тем же задумчивым и почти радостным тоном: – По-моему, весьма благородный.
Глава 18
На протяжении всего следующего дня Дженни стоически терпела каменное молчание своего супруга, в то время как в голове у нее лихорадочно вертелись вопросы, ответить на которые мог только он, и наконец к полуночи, придя в тупое отчаяние, не вытерпела и заговорила сама:
– Сколько продлится это нескончаемое путешествие в Клеймор, если, конечно, предположить, что путь наш нацелен именно туда?
– Дня три, в зависимости от грязных дорог.
Семь слов. Все, что он произнес за несколько дней! «Неудивительно, что они с Ариком так единодушны!» – в неистовстве подумала Дженни, принесла в душе клятву больше не доставлять ему удовольствия, вновь заводя разговоры, и вместо того сосредоточилась на мыслях о Бренне, гадая, как та поживает в Меррике.
Через два дня она снова не удержалась, зная, что Клеймор должен быть уже близко, и переживая нараставшие с каждой минутой страхи перед тем, что ее там ожидает. Три коня, выстроившись в ряд, трусили шагом по сельским тропкам. В центре и чуть впереди ехал Арик.
