Корона жигана

— Учту, — хмуро пообещал Евстигней и заторопился следом за майданщиком.

Дарья не вышла навстречу, как, возможно, поступила бы на ее месте другая. Не поинтересовалась причиной затяжного отсутствия. Не поинтересовалась, какой же подарок он принес ей в этот раз, как поступила бы любая другая содержанка. Лишь взглянув на вошедшего, с интересом принялась рассматривать вышитую занавеску.

Поцелуй получился холодным, как если бы он приласкал снежную бабу. Дарья умела удивлять.

— Что с тобой? — нахмурился Кирьян.

— Ты обещал быть вчера.

Ах, вот оно что! Боже мой, все бабы одинаковы. Встретишь иную и думаешь, отыскал что-нибудь особенное, а потом обнаруживается, что и она способна скатываться до банальной ревности.

Кирьян невольно улыбнулся. Занятно, однако.

— Пойми, крошка, у меня были дела. Но ты не думай ничего плохого. Я остаюсь верен тебе. Забудь свои слезы, глянь сюда.

Жиган вытащил сапфировый браслет и протянул его девушке.

— Мне кажется, я его уже где-то видела… Вспомнила! У Трегубовой.

— Хм… А ты глазастая, не ожидал.

Верно, ее браслетик, — не без раздумий признался Кирьян. — Уехала наша Лизавета.

— За границу, кажется, — безразлично пожал плечами Кирьян. — Нас это не должно особенно волновать… Вот и поделилась со мной своими накоплениями, по старой памяти. — Помолчав немного, Кирьян продолжал: — Нам тоже за границу куда-нибудь надо сматываться. Здесь, в России, для меня места больше нет. Не сегодня, так завтра к стенке поставят.

— С чего ты взял? — наивно поинтересовалась Дарья.

— Я чувствую, детка.

Со всех сторон обложили, как зверя Если у меня кто-то и остался, кому я могу верить, так это ты. Случись со мной что-нибудь завтра, так те люди, что мне сегодня в рот смотрят, продадут с потрохами. Вчера от меня еще двое жиганов ушло. В иные времена я бы им головы открутил и сказал, что так и было. А сейчас не могу. Не дотянуться. Чекисты только и ждут, чтобы меня поскорее зарыть. Мне тут одна книжка попалась…

— Так ты еще и книжки читаешь?

— Это уркаганы не читают, видите ли, им вера не позволяет.

А я жиган, так что иногда полистываю.

— И что же написано в этой книжке?

— Своей смертью не умирает ни один лев. Когда они стареют, то их просто изгоняют из прайда, то есть из семьи. В одиночку он не способен охотиться и скоро дряхлеет. И тогда становится жертвой гиен и шакалов. Так вот, я и есть тот самый лев. А шакалы уже оскалили клыки, чтобы разодрать меня на части. Не дождутся! Я уеду, и ты поедешь вместе со мной, — решительно произнес Кирьян.