Крах Элизиума

Сухо щелкнул боек, я вдавил клавишу сброса, и «бубен» со стуком полетел на пол. Дорогая штука, жалко бросать, но сейчас не до этого. Нашарив в подсумке разгрузки увеличенный магазин, я отработанным движением вогнал его в приемник, дослал патрон и, уложив последнего туманника, влетел в реакторный зал.

Скайлер стояла в центре огромного помещения. Беззащитная девичья фигурка, напрочь лишенная одежды, смотрелась здесь странно и чужеродно. Девушка обхватила руками плечи, будто пытаясь прикрыть пышную грудь, и зябко переминалась с ноги на ногу.

Кроме Скайлер в зале не было никого… И ничего. Черт. Что происходит? Какого хрена тут творится? Что обнаженная Скайлер делает в подвалах станции контроля и почему она кричала?

Я остановился у входа. Желание схватить девушку в охапку, обнять, защитить, вытащить отсюда было невероятно сильным… Но что-то мешало. Странное оцепенение сковало тело, я будто одеревенел. Черт, да что же тут происходит?

— Алтай… — девушка подняла на меня огромные зеленые глаза, и у меня перехватило дыхание.

Кажется, именно про такие глаза говорят, что в них можно утонуть. И как я раньше этого не замечал?

— Помоги мне… Пожалуйста! — жалобно протянула девушка. Помочь? В чем?

Я попытался раскрыть рот — но у меня не вышло. Хотел сделать шаг вперед — но не смог даже поднять ногу. Зато руки, сжимающие стрелковый комплекс, легко поднялись и уперли приклад в плечо. Теперь я смотрел на девушку сквозь прицел. Вот только я не собирался в нее целиться! Что за дерьмо, может мне кто-нибудь объяснить?

Левая рука сместилась к подствольному гранатомету, ладонь обняла рифленую рукоять, а палец лег на спуск.

Эй! Стоп! Какого…

— Алтай! — недоумевающе воскликнула Скайлер. — Что ты…

Палец сам, без какого-либо усилия с моей стороны, потянул спуск. Я, став сторонним наблюдателем, как в замедленной съемке смотрел, как из ствола гранатомета выскользнула сигара электромагнитного выстрела, и, с каждой долей секунды набирая скорость, устремилась вперед.

— Нет! — попытался выкрикнуть я, но меня не слушались даже губы.

А в следующий момент граната достигла цели, и там, где только что стояла девушка, расцвел огненный цветок плазменной вспышки.

И в ту же секунду мой мозг взорвался изнутри.

Пси-удар невероятной силы обрушился на мое сознание, сметая ментальные щиты, корежа разум и причиняя нестерпимую боль. И, вместе с тем — будто освобождая рассудок, смывая с него муть, ступор и оцепенение, как мощная струя воды смывает грязь с боевого костюма.