А потом церемониальная машинерия заработала: вокруг меня завертелись фрейлины.
Туалет. Выжать из себя все по максимуму. Раньше, чем закончится присяга, до туалета я не дойду. Еда. Кусок мяса с хлебом. Не самая здоровая пища, зато долго не будет чувства голода. Макияж. Хорошо, что все средства, изготовленные мадам Менуаш, я прихватила с собой. Немного сурьмина на брови и веки, каплю яркой помады на губы и, пожалуй, немного румян на скулы. Что-то я сегодня выгляжу слишком бледной. Я критически оглядела себя в зеркале, макнула палец в белую пудру и сделала два мазка под глазами: нужно слегка прикрыть синеву от усталости.
Горничная занялась прической, бережно и терпеливо разбирая пряди.
— Подожди, Тусси. Корону закрепим чуть позже, сперва вуаль.
— Как скажете, ваше величество."
"Алое платье, шурша шелком, фрейлины надевали на меня максимально бережно, чтобы не испортить прическу и не дернуть за черную вуаль. По огненному шелку одеяния от горла и до пола струилась черная полоса траурного бархата. Полупрозрачная вуаль, частично скрывающая моё лицо и тянущаяся сзади до пола, приглушала буйство красок.
Тяжелая золотая корона, которая обеспечит мне головную боль на весь остаток дня, сияла багряными каменьями. Повторяя рисунок короны, массивное золотое ожерелье с рисунком из дубовых листьев и вставших на дыбы львов леденило грудь. Завершающий штрих — черные перчатки и широкие браслеты на обе руки. Все драгоценности из коронационного набора: тяжеловесные, роскошные, истинно королевские.
Плотным грузом легла на плечи мантия.
Фрейлины выстроились за спиной, подхватив края, и мы двинулись в тронный зал. Мажордом привычно прокричал: «Приветствуйте вашу королеву!»
На мгновение я застыла на пороге, окинув взглядом собравшихся. Все высшие чины королевства, самые родовитые придворные, гильдейские мастера. Пожалуй, сейчас в тронный зал набилось около двух сотен народу.
На верхней площадке постамента по-прежнему стоят два трона. Побольше — покойного короля, поменьше — мой. На королевском троне, на высокой черной подушке с золотыми кистями, слегка продавливая плотный пух набивки, лежала зубчатая корона Ангердо и скипетр в виде декоративного золотого меча.
Державы в этом мире не использовались, но и без нее трон покойного короля выглядел достаточно величественно.
Я поднялась по ступенькам. Фрейлины занесли шлейф, и я устроилась на своем троне. Слева от меня, символом Божьего одобрения встал кардинал Эгберт Годрик. Черное шелковое облачение, алый кардинальский пояс.
