Онлайн-библиотека книг
Енниоль благоговейно коснулся облупленного бока.
– Знаки Четверых и Зверь, позабывший имя свое. Блистательные не понимают?
– Нет, – честно признался Альдо. – Нелепость какая-то…
– Во времена, когда помнили ныне забытое, Зверь был знаком владык земных.
– Выходит, это, – Эпинэ запнулся, – это… старый герб Раканов?
– Можно сказать и так. – Гоган предпочитал обращаться к Альдо. – Зверь украшал щит первородных, стяги с ним реяли над золотой Гальтарой, и тень их покрывала весь мир.
– По мне, так хорошо, что теперь эту тварь забыли, – пробормотал Альдо.
– Правнуки Кабиоховы с радостью освободят блистательного от неприятного ему.
– Достославный, – Альдо явно колебался, – а что это за Зверь и откуда он взялся на нашем гербе?
– Зверь был сотворен сынами Кабиоховыми. Кэртиана не рождала создания прекрасней и сильней, но все проходит, скалы становятся песком, море – пустыней, огонь – пеплом, а от ветра не остается даже следа. Семя первородных забыло главное, затем умерло второстепенное, а ныне не осталось ничего.
Енниоль поднялся, бережно держа в сухих коричневых руках ларец, показавшийся Роберу куда менее нелепым, чем час назад.
– Блистательные держат свое слово, а дети Гоховы платят за золото золотом, а за смолу смолой. Скоро с Саграннских гор сорвется первый камень, он стронет другие, и враги блистательных сгинут под обвалом.
2
Интересно, как это Хогберду удается становиться все противней и противней? Вдовствующая принцесса, с трудом скрывая неприязнь, протянула учтивому барону руку.
– Не ожидала вас так рано, Питер. Неужели получили ответ?
– Нет, ваше высочество, – пегая борода со значением колыхнулась, – пи́сьма в лучшем случае придут в начале следующей недели. Я пришел сообщить, что утром у Эсперадора случился еще один приступ. Врачи полагают, что счет идет на дни, если не на часы.
Эта новость переворачивала все. Умирающий Адриан был убежденным сторонником мира с Талигом, но при этом защищал всех отдавшихся под его покровительство.
– Вы, как всегда, узнаёте новости первым.
