Крестьянка в наказание

Рядом с каждым из мужчин стояла женщина, его жена, тень и опора, мать его детей.

Герцог оглядел ряд портретов и вспомнил рассказ Гэдвина. Тот несколько раз застал его жену здесь, перед этими портретами. На вопрос что её привлекает, Рушаланна ответила коротко: "Красиво". Но Аугустус почему-то теперь сомневался в правдивости ответа.

Он ещё раз взглянул в глаза своему давнему предку, перевёл взгляд на его пару.

Женщина стояла, гордо вскинув голову, слегка касаясь локтя супруга тонкими пальчиками. Густые тёмные волосы короной уложены на голове.

Художнику удалось передать характер женщины — такая не сдастся перед трудностями! Такая встанет рядом с супругом плечом к плечу и будет защищать своё гнездо.

Вспомнилась супруга, такая, какую он увидел сегодня впервые за долгие месяцы.

Если откровенно, и не признал бы в этой молодой женщине с прекрасной осанкой и спокойным взглядом испуганную крестьяночку, которую назвал своей в храме. Тем более, то перепуганное забитое существо, привезённое в его столичный дом этой… Как там её звали?

Сегодня к нему повернулась встревоженная леди, закутанная в мягкую шаль.

Волосы стали, кажется, темнее, чем раньше. Неужели в ней пробуждается сила? Она округлилась, выглядит не девчонкой, как в храме или на королевском приёме, а женщиной полной жизни. А главное — полной интереса к этой жизни, несмотря на только-только перенесённое испытание.

Сегодня перед ним была леди.

И что теперь делать?

В планы его светлости не входило оставлять супругу рядом с собой.

Он приехал предложить выбор — храм или дальнее поместье, где она сможет тихо доживать свои недлинные человеческие годы… И вдруг такое преображение. Гэдвин рассказывал, конечно, что супруга усиленно учится, но к подобным изменениям герцог готов не был.

"А если его оставить?"

Надо же, не просто поднялась на ноги (первая его супруга неделю бы после таких приключений в истерике билась), но и пришла посмотреть на тех, кто её сожрать пытался. И даже сил хватило пожалеть детёныша — это поразило его светлость больше всего.

Никакой злобы, никакой радости от вида поверженной нечисти…

Герцог ещё раз посмотрел в глаза дамы на портрете. А ведь его собственная жена точно не будет биться в истерике, если придёт беда. Она будет стоять плечом к плечу рядом с ним…

"Что же мне делать?" — молча задал вопрос его светлость прекрасной даме.

Но почему-то Аугустус знал — решение он принял.

"А если его оставить?"

Это решило судьбу его супруги.