— Писать сможешь?
— Что?
— Забыл представить. Это Лев. Он вызвался помочь. Сделай, как он говорит. Прошу тебя. – Крестовский смотрел умоляющим взглядом. Стоит ли верить ему? Но Андрей не в той ситуации, чтобы выбирать. Возможно, это его единственный шанс на спасение от тюрьмы.
После наркоза во рту все пересохло, язык едва шевелился.
— Попить дай! – попросил парень.
— Сейчас, – засуетился Роман, доставая из сумки прихваченную по дороге в больницу бутылку воды.
Налив в кружку немного, он поднес ее к губам Андрея.
Тот сделал несколько глотков и тихо произнес:
— Так что я должен написать?
— Жалобу на имя начальника СИЗО о нарушении правил содержания и заявление в прокуратуру о том, что подвергался в камере пыткам, унижающим человеческое достоинство. Нам необходимо добиться инициирования внутреннего расследования и прокурорской проверки в Крестах. А там уже положитесь на меня.
Андрей взял протянутую ручку. Рука тряслась. Лев придерживал планшет, пока парень писал под его диктовку документы.
После того, как все было готово, Петров беглым взглядом прочел написанное, и, захлопнув планшет, посмотрел на парня.
— Если придет Золотарёв и начнет снова давить, не вздумай писать добровольное, понял? Все. Я полетел.
— Лев! – Роман подошел к мужчине и протянул руку. – Спасибо тебе огромное!
Петров крепко сжал ладонь и похлопал Крестовского по плечу.
— Держитесь. Все будет хорошо!
***
После того, как Петров ушел, Андрей повернул голову к стене, не желая больше смотреть на Романа.
— Андрей… — осторожно позвал его мужчина, но тот будто не реагировал. – Я все понимаю… я очень сильно виноват перед тобой, но постарайся понять меня…
— Уходи, — прошептал Андрей.
Роман стоял возле койки друга, виновато опустив голову. Повисла пауза. Слышно было, как за дверью переговариваются медсестры, как бренчат иглы и шприцы, падая в металлические лотки, как везут по коридору очередную каталку с новым пациентом.
— Я принес тебе все необходимое, — прервал молчание Крестовский.
– Наверное, я пойду. Мне уже пора."
"Парень даже не шевельнулся. Только когда Роман вышел, по щекам Андрея покатились слезы. Он судорожно всхлипывал, не в состоянии справится со своими переживаниями. По вине Романа ему пришлось пройти через весь этот ад, и еще ничего не закончилось. Хватит ли у него сил на то, чтобы справиться со всем этим? Ведь те жуткие воспоминания, что еще так свежи в памяти, никуда не денутся, навсегда останутся с ним.
