Не способен выработать какую-то программу… Так что, если желаешь чего-то определенного, говори. Сделаю. Ты только направь.
– Вставь, Ярик, – шепчет сбивчиво и крайне взволнованно. – Именно этого и хочу. Чувствовать тебя там…
В грудь прикладывает двумя мощнейшими эмоциональными волнами: восторга и похоти. А потом уже по всему телу эта смесь распространяется. С искрами несется, накачивая мышцы гудящей мощью. Захватывает каждую клетку в организме, до последнего атома.
Мне хочется без промедления ворваться в свою святошу и трахать ее до изнеможения.
Приходится в десятый раз напомнить себе, что спешить и жестить нельзя.
– Ладно. Хорошо, – сам не знаю, к кому обращаюсь. – Раздвинь ножки, маленькая. И расслабься, хорошо?
Маруся охотно повинуется. Раскрывается и расслабляется. Какое-то напряжение в ее теле, конечно, сохраняется. Но в целом, чувствую, что она хочет меня и доверяет мне. Это дополнительно кружит голову. Сносит, бл*дь.
Я приближаю к ее влажному входу свой член и делаю осторожную попытку проникнуть протоптанным путем в свой рай.
Первооткрыватель, бл*дь…
Да, я. Да, моя."
"Вот только… До Маруси мне попадались целки, но ни разу не случалось с ними второго раза. Я оказываюсь неготовым к тому, что повторный заход выдается практически таким же трудным, как и первый. Если не хуже.
Проталкиваюсь в Марусю, теряя на ходу все припасенные фишки и навыки.
– Бл*дь…
– Ах, Ярик… Ахрр… У-и-и…
– Больно?
Замираю на полпути, понимая, что вхожу в состояние полномасштабной паники.
Я, бл*дь, не знаю, что делать дальше, и не могу остановиться. То есть сейчас-то я на якоре. Но обратно выйти сил не нахожу. Хочу в нее. До упора. Рывком. Несмотря на муку и напряжение. Не зря кто-то умный сболтнул святую истину: «Сдуру можно и х*й сломать».
Сука, это точно обо мне… Допишите там мое имя для достоверности. Пусть мне будет стыдно.
Да не будет, бл*дь…
– Больно? – Она лишь дышит усиленно, пытаясь продышать неприятные ощущения, как я сам ее когда-то учил. – Манюня, не молчи.
Больно?
– Немножко… Совсем чуть-чуть… Ты… Ярик, пожалуйста, не останавливайся… Мне хорошо. Очень. Больше, чем больно… И… Знаю, что это пройдет… Сейчас…
– Сейчас… – зачем-то за ней повторяю.
Наваливаюсь и плавно проникаю на всю длину. Маруся вскрикивает, но я улавливаю это весьма расплывчато. Собственные ощущения оглушают. Пытаюсь с ними примириться. Сдержать в пределах своего тела.
Но святоша стонет, закидывает на меня ноги и упирается пятками в задницу.
