Свою же одежду едва на ошметки не разрываю. Мне хочется действовать быстро, потому что, когда я медлю, много думаю. А это мешает. К кайфовым ощущениям примешивается какая-то странная тревожность. А я не хочу ее.
– Чего ты хочешь, Титоша? С чего начнем? – спрашиваю, потому как понимаю, что сейчас в самом деле нуждаюсь в руководстве.
Иначе все испоганю. Причиню боль или обижу своей грубостью.
Лучше нам притормозить… Лучше.
– Не знаю… – и целует меня.
Отвечаю и машинально тянусь к ее сиськам руками. Едва добравшись до основания, торможу, испытывая несвойственную самому себе нерешительность.
– Да, Ярик… Трогай меня…
Накрываю и сжимаю. Перекатываю между пальцами твердые соски и пытаюсь представить, как это выглядит. Маруся стонет и обхватывает меня ногами. Чувствую, что трется разгоряченной киской об низ моего живота, и сам не сдерживаю стон. На самом деле этот звук громче и отрывистее.
В кровь резким впрыском какую-то горячую и пьянящую хрень выбрасывает. Все тело наливается этой томительной ломотой и тяжелеет.
Сердце подскакивает, разрастается и, принимая непонятную форму, с губительной силой долбит где-то в районе горла. Сознание заволакивает. Зрение, которое мне вроде как и не нужно в темноте, плывет разноцветными кругами. Голова, как закрученный футбольный мяч, будто физически, но в реальности, очевидно, все же фигурально, несется в неизведанные дали.
Всеми силами сдерживаюсь, чтобы не сместиться и не толкнуться ей между ног членом.
Склоняюсь и обхватываю губами правый сосок.
Машку словно током бьет, но в каком-то замедленном темпе. Гортанно стонет и выгибается, трясется, дергается. Тянет меня за волосы. А потом дышит: громко и часто. Дышит, дышит, дышит… Будто это единственное, на что она в это мгновение способна.
Надеюсь, еще не кончает. Хотя, пусть кончает. Все равно буду ее трахать.
Оторвавшись от влажного и истерзанного соска, делаю несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы хоть как-то вернуть самообладание и настроиться на кропотливую работу.
Трахать Марусю – важнейший процесс. Второй раз важнее, чем первый. Я должен сделать все правильно.
– Почему ты остановился, Ярик? – ее пальчики бегут по моим плечам и очерчивают контуры бицепсов. У меня моментально мелкая дрожь по коже несется. Но я и не пытаюсь скрывать, что с ума от нее схожу. – Ярик, можешь… Ярик… Мм-м…
– Мне хочется тебе вставить… – выдаю неожиданно для самого себя свои мысли. – Просто вставить. Прямо сейчас. Башка не варит.
