Двигаюсь как робот. Только на середине ступеней развиваю необходимую скорость. Оставшиеся преодолеваю бегом, соскакивая сходу через две.
Замираю перед подсвечивающимся табло и находящимся под ним цифровым управлением.
Какую комбинацию должен вводить?
Это важно. Что-то важное…
Ничего, мать вашу, придумать не получается!
Четыре цифры. Четыре… Всего четыре! Что это может быть? На чем сконцентрироваться? В чем смысл всей это хрени? В чем смысл?
День рождение Леона?
Что может быть для этого психопата важнее?
Вот только… Проблема в том, что я не могу вспомнить точную дату.
Двадцать четвертое апреля или двадцать первое? А может, март?
Нет, в этом году мы отмечали на море.
Май? Точно, май. Сезон купания открывали до этого. На Марусе было платье… Красное платье… Голые плечи и ноги…
Май! Двадцать первое или двадцать четвертое?
Вбиваю 2105. Система, доводя меня до отчаяния, орет и сигналит красным.
2405 – результат тот же.
Я не помню… Не помню…"
"Возможно, вообще не в том направлении двигаюсь.
Что, если это не дата рождения? Тогда что может быть важнее для этого психа? Он, мать его, мог просто прикола ради брякнуть это и сгинуть в ад. Вполне вероятно, что этот код никакой смысловой нагрузки не несет.
Может, двадцать третье?
2305 – красный!
2205 – красный!
2505 – красный!
2605 – красный!
2705… Охваченный бушующими во мне эмоциями, не сразу соображаю, что система принимает код. Запоздало улавливаю, когда табло загорается зеленым.
Дождавшись раскодирования двери, со всех ног несусь путями знакомой темноты.
– Маруся… – зову поддернутым хрипом. – Я пришел. Святоша? Маруся!
Она не отзывается, и это пугает меня до усрачки. Мечусь по помещению, осознавая, что должен прислушаться. Учитывая забивающий слух пульс, не сразу это удается. Но вот… Со стороны стены доносятся какие-то слабые звуки.
– Нет… Нет…
Времени совсем мало. Никаких шансов на необходимые сантименты. Обхватываю Титошу руками и резко подрываю вверх.
И тогда… она кричит. Севшим, будто не своим голосом полосует мне тело и душу.
Нет возможности должным образом ее успокоить. Поэтому я просто двигаюсь под этот жуткий аккомпанемент на выход. Не чуя усталости, взлетаю вместе с ней наверх по лестнице. Лишь там, в ярких клубах света, опускаю на ноги. Обхватывая ладонями лицо, пытаюсь обратить на себя внимание.
Крика больше нет, его заменяют стонущие всхлипывания.
– Это я, Маруся. Я вернулся за тобой.
