Кровавая плаха

А вы не умеете на фортепьяно действовать?

Николай смущенно мотнул головой:

— Это ничего! Вы к нам приходите, я вам сыграю польку «Кокет». А у меня отчаяние на сердце. Вы, Николай Иванович, человек благородный. Если вы поклянетесь, так я вам откроюсь — только никому ни слова.

— Маменька меня замуж желает выдать за одного солидного купца. Ведь после смерти батюшки с делами управляться трудно стало. Приказчики себе ужуливают, вот маменька и хочет мужчину над всем капиталом поставить. — И она внимательно и долго смотрела в глаза юноше.

 — А я… другого уже целый год люблю.

— Это, признайтесь, кто? — заволновался Николай.

Валентина лукаво улыбнулась:

— Вот к нам придете, тогда и откроюсь.

В этот момент, расталкивая локтями покупателей, из-за торгового ряда показалась Фекла Егоровна. Она затараторила:

— Уломала, Николай Иванович, вашу матушку! Ни в какую не желала. Но я привела ей рассуждения, вот и согласилась. Завтра ждем обоих вас.

На другой день после долгих сборов, отстояв в церкви обедню, мать и сын Кашины направились на Олонецкую улицу.

Анна Петровна ворчала:

— На глупое дело я согласилась, старуха Чеснокова уговорила. «Осчастливьте, — канючила, — навестите вдову с сиротой». Вот я и согласилась. А она пьяница да беспутная… Впрочем, тебе, сыночек, об этом ведать не положено.

Николай хорошо знал, о чем умолчала мать: Фекла Егоровна жила после скоропостижной смерти мужа со своим дворником Василием Ладугиным, здоровым сорокалетним мужиком с лошадинообразной физиономией, изъеденной оспой, часто повторявшим в своем кругу: «Баба — она как конь, любит руку твердую!»

Дом купцов Чесноковых старинный, еще при Екатерине Великой построен.

Родоначальник всего дела — Петр Фокич — лес поставлял, на том состояние и нажил. За усердие из рук Павла медаль получил. Его внуку Даниле Евграфовичу капитал достался солидный, но он его как-то не приумножил, а даже кое-что растерял. Продал за бесценок лесопильню в Архангельске, неудачно взял несколько подрядов.

После его внезапной кончины от апоплексического удара дела и вовсе покатились с горы.

Вдова его Фекла Егоровна и при муже любила приобщиться сладенького винца, за что была бита мужем неоднократно, теперь, оставшись без узды, закрутила напропалую.

Валентина правду говорила Николаю, что мать хочет выдать ее замуж. Но она умолчала о выборе, который сделала Фекла Егоровна, а Валентина с великой радостью план ее одобрила.

Теперь они начали совместными усилиями приводить его в действие.