Кровавая плаха

На первом же допросе в «Крестах» Ландсберг признался:

— Да, я убил Власова и его кухарку У меня не было другого выхода. Я много лет, шаг за шагом, с неимоверными трудностями делал себе карьеру. Моя женитьба открывала мне доступ в высший свет. Теперь я мог достичь по службе самых вершин — стать генералом, занять важный пост.

— Разве эти несчастные жертвы мешали вашей карьере? — спросил стряпчий.

— Да, я полагал, что Власов разрушит мою свадьбу, а стало быть — счастье… Дайте, пожалуйста, воды!

Выпив залпом два стакана, Ландсберг продолжил:

— С Власовым я был знаком давно.

Это был скряга со скверным характером. Он часами рассказывал мне о том, как ему удалось из ничего сделать изрядный капитал, а я должен был изображать из себя внимательного слушателя. Старик любил повествовать о том, как он давал деньги в рост под солидные заклады и большие проценты. Заклады, по словам Власова, как правило, в несколько раз превышали своей ценой данное в долг. И нередко заклады навсегда оседали у Власова.

— Как раз нет! С меня Власов вообще не брал процентов. Более того, будучи холостяком, во мне он словно видел родного сына. Узнав о намечавшейся свадьбе, он сам предложил мне в долг пять тысяч рублей. «Скоро ты, Карл, разбогатеешь и тогда все вернешь! — говаривал Власов. — А пока что ты должен выглядеть респектабельно!» И я, разумеется, взял. В приданое я должен был получить многие десятки тысяч рублей. Невеста знала, что я беден. Она была влюблена в меня и откровенно заявила: «Твое богатство — это твоя голова, твоя воля! С моей помощью ты сделаешь прекрасную карьеру и тогда разбогатеешь!»

От родственников графиня, естественно, скрывала свои планы и ничего не говорила про мое скудное материальное состояние, иначе ее родственники-аристократы просто бы отказали мне от дома и расторгли нашу помолвку.

— И что же заставило вас пойти на злодеяние?

Ландсберг слабо улыбнулся:

— Не удивляйтесь! Причина всего лишь в том, что на какое-то роковое время мне изменило чувство юмора.

Именно так! При следующем нашем свидании я все расскажу вам без утайки. Более того, представлю подробную записку с анализом того душевного состояния и тех причин, которые толкнули меня на преступление. Скажите, чтобы мне дали чернил и бумаги…

Просьба Ландсберга была удовлетворена.

12 июня Ландсберг передал следователю «записку». На нескольких больших листах бумаги он делал подробный анализ того, что привело его к преступлению.