Вот наверное поэтому все умные женщины избегают случайного секса — с утра просто не знаешь, что сказать, как расстаться, как в глаза посмотреть.
Покрутила рукой, вынуждая его разжать пальцы.
— Мне нужно идти. — И бегом кинулась вниз по лестнице.
5
Родители почему-то решили, что ночь она провела с Сашкой. Мама говорила отцу, что почти всю ночь слышала голос Аверина во дворе и была уверена, что Настя с ним. И они если не помирились, то уже на пути к этому. При этом особенно довольной этим фактом Галина Викторовна не выглядела, но Настя всё-таки решила её не разубеждать.
Признание в том, где и с кем она провела ту ночь, наверняка не обрадует родителей, только лишние беспокойства доставит, и неприятные нюансы в моральном облике дочери выявит. Вот и промолчала, уверенная в том, что кроме неё, никто им правды не откроет. Ведь никто не знает. И никогда не узнает.
Все выходные Настя просидела дома, только иногда из-за занавески во двор выглядывала. Видела знакомых, соседей, друзей: все занимались своими делами.
Даже разок Аверина увидела, снова с той брюнеткой. А она дома отсиживалась, пытаясь привести мысли и чувства хотя бы в подобие порядка. Сейчас, спустя время, конечно, начала жалеть о случившемся. Ведь раскаяние в подобное ситуации — чувство правильное, да? Что поступила так необдуманно, что соблазну поддалась, что слишком быстро забыла о Сашке, и теперь ничуть не лучше него. Что всю ночь у Маркелова провела! Для огромного чувства вины и одного раза хватило бы, а она осталась с Сергеем, и поэтому сейчас не знает, что и думать, она в полной растерянности.
Иногда, когда воспоминания со всеми постыдными подробностями, одолевали, Настя лицом в подушку утыкалась и стонала сквозь зубы от злости и бессилия, не зная, как с самой собой справиться.
Серёжка приходил к ней вечером под окно, но Настя так и не выглянула, испугавшись, что их может кто-нибудь заметить, и Маркелову всё-таки достанется. Она и без того переживала, что Аверин с дружками на следующий день решат с ним разобраться.
Но во дворе было тихо, ни о каких драках слышно не было, и Настя начала успокаиваться. А потом Серёжа пришёл. Камешком в окно запустил и негромко позвал:
— Насть!
Она мурашками вся покрылась при звуках его голоса. К дивану словно приросла. И с колотящимся сердцем прислушивалась — к его голосу, к его шагам, к каким-то шорохам под своим окном. Потом всё стихло, и Настя без сил на подушки повалилась.
