Что то, что мне дорого – для другого человека может вообще быть никчемным. В том числе и жизнь, и здоровье моё и моих близких! И это, Серый, теперь стараюсь сейчас учитывать. Вот и тебе урок... *** Олег – Толику: – Да. Ты прав. Не получилось коммуны. Да и не могло, наверное, получиться. Слишком все разные. Сергей Петрович по-прежнему видит себя начальником, Виктор... А!.. Да ладно. Оно и к лучшему. Они тянули бы нас на дно. – Ога, а теперь мы взлетим в небеса! – не преминул вставить язвительную фразу Толик. – Взлетим – не взлетим, но будем знать на что рассчитывать.
И никто уже не сбежит с нашими припасами. Да и... Сам посуди: у нас есть запасы, мы прошаренные в теории, мы знаем что делать, и мы готовы что-то делать (мне казалось, что батя убеждает сам себя, на самом деле распад и бегство так и необразованной толком общины больно ударило по его самолюбию), мы не имеем предрассудков... Ведь так же, Толян? Если надо будет – мы отберём и убьём; если уж совсем нужно будет... А эти нас постоянно бы тормозили.
Ты посмотри – в бою они почти нули, и на мародёрку-то никто почти из них не пошёл – все как мыши по норам сидели, а какие разговоры об аморальности ‘взять чужое’ – ты бы слышал... – Эт-то когда? От кого? – встрепенулся Толик. – Да... Неважно. Было. На дежурстве, ночью, взялись тут меня лечить, как нехорошо брать чужое. Но, бл..., хавчик наш кушали, это без претензий! Я заметил, как всегда грамотно и правильно выражавший свои мысли батя в разговоре с Толиком, особенно когда волнуется, невольно переходит на
какую-то полу-феню, полу-слэнг.
Подстраивается ‘под аудиторию, что ли?’ – подумал я и тут же похвалил себя за наблюдательность – вот я какой! – Они по-любому тянули бы нас назад, Толян. Своими предрассудками. Нытьём своим. Приходилось бы улаживать конфликты. Разруливать. – Хавчик наш жрали бы! – опять язвительно вставил Толик. – И это тоже... – как не заметил подколки Олег – Так что нет худа без добра. А что ночные дежурства... Я всё одно спокойно спать не мог, когда, скажем, Олег Васильевич с сыном дежурят – того и гляди уснут или сбегут втихаря.
.. Как тот журнализд. Или чего хуже – по своей воле вход откроют, поскольку ‘Это наше решение!’ – передразнил Олег. – Закроем ночные смены, не боись. Есть мысли. Минами закроем. Ни одна падла не сунется. Ну и сами дежурить будем. Толик согласно кивнул – А куда деваться?.. Так и закончился разговор – реквием по ‘общине’. И ‘реквием’ по моей ‘вере в людей’...
