Забросил одну за другой покрышки на крышу лифтовой будки, и сам вскарабкался, опираясь на какую-то трубу. Смотреть во двор было некогда. Положил покрышки одна на другую, содрал зубами скотч, которым батя дополнительно обмотал крышки бутылок, попытался отвинтить крышку... Где там! Не хватило силы. Чёёёёрт! Что делать?? Вцепился в бутылку и стал крутить изо всех сил – не идёт, скользит в руках. Зачем такие пробки делают, чёрт бы их побрал?! И не разбить – пластмассовая... А! Вспомнил про нож, который батя настрого велел носить постоянно на себе, – складник на клипсе.
Мгновенно достал его, открыл и проткнул бутылку. Не будут ведь от керосина гореть покрышки, чёрт дери, я-то знаю, как они медленно и трудно загораются, достаточно мы их пожгли на стройках-то в детстве... Стащил с себя футболку, скомкал, опрокинул в неё бутылку с керосином. Тщательно и быстро промочил её и затолкал внутрь нижней покрышки. Упал на колени и стал ножом кромсать разогретый рубероид крыши. Тот пачкал нож и категорически не хотел резаться, но я всё же оторвал с края будки две длинные полосы рубероида и затолкал их в покрышку сверху футболки; пробил ножом вторую бутылку и вылил её внутрь покрышек.
Теперь поджечь! Какой молодец батя, что заставил вместе с ножом носить и зажигалку! А я ещё подкалывал,- типа, а я же не курю... Поднёс зажигалку к краю футболки – и еле отдёрнул руку – так споро всё вспыхнуло. Через несколько секунд стало ясно, что костёр, типа, состоялся, – разгоралось быстро, и в безветренное синее небо потянулась пока ещё полупрозрачная струя дыма.
.. Где вы, батя с Толиком? Смотрите ли в сторону дома? Хотя бы время от времени? Если бы я мог, я бы послал им какой-нибудь ‘ментальный сигнал’!.. По-любому, я уже сделал всё что мог. Нет! Не всё. Я быстро достал картонный цилиндрик ракеты. Чёрт его знает, как она запускаецца... Ага! – резьбовая заглушка на торце цилиндра отвинчена, и оттуда выпал конец шнурка, петлёй. Поджигать, что ли? А! Нет, конечно, – дёргать! Я отошёл на край крыши лифтовой будки, подальше от разгорающихся покрышек; рука с ракетой вытянута вверх, намотав на палец другой руки шнурок, сильно рву его вниз.
На мгновение мелькнула паническая мысль, что ракета чёрт-те какая старая, ей уже, наверное, лет десять или больше; взорвётся и оторвёт руку... Но ракета глухо хлопнула, толкнув руку с цилиндром вниз, и красивой дымной струёй ушла в безоблачное небо... вдруг пронзительно засвистев так, что у меня
заложило уши.
