Крысиная башня

Откуда у этого лоха обрез? И знает ли он настоящую цену оружию? Оружие сейчас ценилось превыше всего, превыше золота, – тем более на селе. Неужели вот он, – золотой шанс?.. – Ну и?.. Где он, твой обрез? – нарочито небрежно, недоверчиво-пренебрежительно, спросил Иванов. ‘Интеллигент’ вновь чуть не лёг животом на прилавок и зачастил вполголоса: – Вы же знаете, вы знаете – это же запрещено! Да. Запрещено. Настрого. За это сурово наказывают. Мы и не имели. Но тут – случайно. Сосед умер. А у него – было. Он охотник был, у него два ружья было.

Одно он сдал, а второе... Не сдал. Сделал обрез – чтобы обороняться. А теперь он умер. Да. Заболел и умер. Мы за ним и ухаживали. Надо бы сдать... Я знаю, что надо, – но... У нас давно кушать совсем нечего, – он сглотнул слюну, на шее дёрнулся кадык, – Вот я и подумал, может быть вам надо?.. Я бы поменял на картошку! Но не меньше, чем на мешок! ‘Во лох!’ – радостно подумал про себя Иванов, – ‘Не меньше чем на мешок’. Да за исправный обрез можно десять мешков просить, а то и всё содержимое ивановского фургона, – оно того стоило. В деревне за обрез можно было из

мужиков хоть кровь пить; да и не продавать – самому бы пригодился, в запас! Сам Иванов жалел пилить свою ‘Мурку’. – Ну, дык покажи, где он у тебя? – нарочито небрежно и недоверчиво спросил Иванов. – Сейчас-сейчас! – заторопился мужик, отвернулся, и кому-то призывно замахал рукой. От тусующихся по базару покупателей и просто интересующихся отделилась пара – молодой крепкий пацан лет 17-ти в новенькой светло-бежевой щегольской кожаной курточке, и худенькая, но весьма ‘фактурная’ рыжеволосая девушка лет 20-ти, тоже модно и со вкусом одетая.

– Это – мои, – шепнул мужик Иванову, – У них, значит. Чтоб с собой не носить. Мало ли что! Иванов подозрительно оглядел их. Чё-то больно чистенькие, аккуратненькие... Впрочем... Интеллихент же! ‘Фсё для детей’, хы! Подошедшие парень с девчонкой притащили с собой спортивную сумку и поставили её на прилавок. Мужик расстегнул молнию. Воровато оглянувшись по сторонам, не видит ли кто, Иванов сунул туда руку и заглянул. Да! Отличный обрез – вертикалка! Двенадцатый калибр! То, что надо. Можно вполне затолкать сзади за пояс, под куртку – и никто не обратит внимания; а то таская в одиночку, хоть и не издалека и днём, картошку, Иванов постоянно чувствовал свою незащищённость в этом процессе. Да, решено! То, что надо! – Неисправный, небось? – как можно более небрежно бросил он мужику.