Крысиные гонки

Он был растерян: мало того что кепка взялась в подвале, так ещё и вопросы такие задают… глупые.

— А рубашка, значит, пропала?.. А зачем ты её вообще-то туда подбросил? На что ты рассчитывал?

— Ну как же… — Витька, стоя перед тремя мужчинами, напоминал сам себе школьника, невыучившего урок, — Нашли б рубашку… Ево рубашка-то… многие знают. Эта… в крови. Рядом с телом. Ну и… вот.

Борис Андреевич обменялся понимающим взглядом с юристом и переспросил:

— Значит ты, Вить, предполагал так: Владимир тренершу ту, значит, прикончил, и на радостях и от сознания хорошо выполненного дела рубашку снял, в ея крови испачкал, и, значит, там и бросил? А?

Журналист-Мундель гулко захохотал и хлопнул себя по ляжкам.

Юрист был серьёзен, он накалывал на вилку дольку огурца. Витька насупился:

— А хоть и так. Кто тут разбираться станет? Они и Громосееву поперёк горла, постоянно что-то не по делу предъявляли… А тут — вот труп, вот ево рубашка. Хули тут и разбираться.

— Ну ты примити-и-ив… — заметил юрист.

— Ты бы хоть детективы почитал в свободное время, а? — вклинился журналист, — Детективы, а, Вить? Это книжки такие, где всё вокруг распутывания убийств вертится.

Андреич, настойка есть ещё?.. Ви-ить? Читал когда детективы, не? Агата Кристи там, Конан Дойль, Сидни Шелтон, Алан Брэдли? Или из наших, Акунин, там, или, на худой конец, Маринина? Не?

Витька с сокрушённым видом покачал головой.

— Нет. Он, бля, только «Человека-паука» и «Росомаху» смотрел… — набулькивая опять по стопарикам, заметил Борис Андреич, — Поколение некст, хули.

Жестокости с избытком, желания жить лучше всех здесь и сейчас тоже. А вот с мозгами туго. Читать не умеют. Даже, бля, комиксы для них рассматривать и то напряг! Вот валяться кверху пузом перед домашним кинотеатром, и поглощать ту жвачку которой пичкают — это да. Причём без малейшего критического подхода.

— Ссуко, да ладно, хер там с ним с сооображалкой и с кругозором. Но хотя бы что сам напланировал самому же воплотить в жизнь? Подвал планировал — фонарик не предусмотрел! Не, ты болван, Витя, каждый раз убеждаюсь.

Серёж — тебе полную? Хороша настоечка, а?.. Ви-ть? Так ты не ответил — ты свою фашысскую кепочку где и когда посеял, ась?

Сейчас староста своим воркованием и нарочитым хозяйским радушием напоминал горбатого главаря банды из «Место встречи изменить нельзя»; от его определений тянуло могильным холодом.

— Я вспомнил… — понурясь, сообщил Хронов, — Я когда к Вовкам ходил. Там… Короче, там конфликт у меня с ними вышел.