– И вы проявили удивительное рвение, пытаясь убедить наших держиморд провести расследование. Я была уверена тогда и повторю вам снова: в отличие от вас, не всем по душе Беловодье. Люди сбегали отсюда, сколько я себя помню, и нет ничего удивительного в том, что…
– Восемнадцатого июля две тысячи третьего года, – перебила Кира, – восьмилетний Иосиф Леви.
– Мальчик утонул!
– Второго июля две тысячи пятого года – Алина Кущенко, семь лет.
– Кира Михайловна…
– А теперь посмотрите на их фотографии. – Кира положила перед Шишигиной свой телефон.
– Смотрите, черт вас возьми! Глаза раскройте, вы же не слепая!
– Вы, знаете, переходите всякие границы!
– Нина Куренная! – Фото рыжеволосой женщины с густо подведенными глазами. – Иосиф Леви! – Стриженый конопатый мальчишка с рыжей челкой. – Алина Кущенко! – Девочка с косичками медного оттенка. – Лиза Хохлова!
Весь экран занял снимок девушки с огненно-рыжей косой.
– Как – Хохлова? – хрипло спросила Шишигина. – Это же…
– Да, Лиза Хохлова! Перекрасилась в блондинку, подстриглась, стала обычной девчонкой, каких сотни… Но вы-то должны были ее помнить! Она же внучка Валентины Симоновой!
– Детей так много… – пробормотала Шишигина и вскинула ладонь, словно закрываясь от взгляда Киры.
– Я забыла, какой она была!
– А кто-то не забыл! Двадцать пятое июля, двенадцатое июля, восемнадцатое июля, второе июля. Кто-то знал, что она рыжая, – такая же ярко-рыжая, как Ося, как Алина, как Нина Куренная, и для него это было важно. Нина бросила дом открытым.
Лиза взяла с собой только спортивную сумку. Ни той, ни другой не видели на автобусной станции. От детей не нашли никаких следов, кроме одежды Алины на берегу реки. Нет ни одного доказательства – ни одного! – что они отправились купаться. Алина была пугливая девочка, Ося – тихий послушный мальчик. Четверо пропавших, все четверо – рыжие, все исчезли в июле. Дошло до вас, Вера Павловна, что происходит?
Шишигина молчала. Первый раз за все время знакомства Кира увидела ужас в ее глазах.
– Тогда придется мне, – тихо сказала она. – У нас в городе серийный убийца.
– Простить себе не могу, – глухо сказала Шишигина.
– Перестаньте, Вера Павловна. Сходства у жертв действительно на первый взгляд практически нет.
– Я даже не помнила, что Куренная пропала в июле!
Она обхватила голову руками.
– Допустим, вы бы знали, – пожала плечами Кира. – Что бы это изменило?
– Вы же догадались…
– Ни о чем я не догадалась, – с досадой сказала Кира.
