Кто ты, моя королева

– вымученно выдыхает он срывающимся голосом. – Я обязан вам жизнью. Из-за меня вы связаны с тем, кого ненавидите. Я не оправдал ваших надежд. Всегда не оправдывал. С самого рождения. Это из-за меня всё.

Каждым словом он вонзает в моё сердце новую раскалённую иглу. Юный мужчина с покалеченной психикой, стиснувший кулаки, закрывший глаза и отвернувшийся, чтобы не показывать мне своей слабости, истинно верит в то, что говорит, как может верить только ребёнок, которому с рождения вбивали это в голову. А я не могу, не могу это слышать.

Не знаю, откуда во мне взялись эти силы, но я делаю то единственное, что должна сейчас сделать. Мои ноги адски болят, но мне плевать на это. Я должна сделать эти два шага, что отделяют меня от не моего сына, что успел корнями прорасти мне в душу. И я заставляю своё немощное тело подняться.

Когда мои ладони ложатся на его плечи, он замирает испуганно, а я обнимаю его, прижимая к себе так сильно, как только могу.

– Глупый. Не верь, не верь этому. Никогда, слышишь? Ты ни в чём не виноват. Не смей себя винить. – знаю, что плачу, что выдаю себя с головой, но не могу поступить иначе. Целую тёмную макушку чужого ребёнка, почти веря, что он мой. – Ты самый лучший. Самый достойный сын, о котором только можно мечтать. Всегда помни это. Я горжусь тобой.

– Мама. – всхлипывает принц и худенькое тело начинает вздрагивать в моих объятиях. – Ты никогда этого не говорила.

– Прости, прости, прости. – прошу я и за неё и за себя.

Сколько мы так простояли, не знаю. В какой-то момент боль в моём теле превращается в онемение, но я не могу его отпустить. Пока не слышу деликатный стук и вслед за ним звук открываемой двери.

– Ваше величество. – восклицает вошедшая Сэльма, бросаясь ко мне. – Вам нельзя самой вставать. Вы же покалечитесь.

Словно в подтверждение её слов, ноги подкашиваются, но упасть мне не позволяет сам Тайрэн, разворачиваясь и обхватывая меня руками.

– Мама, вам плохо? Не надо было вставать из-за меня. – с тревогой всматриваются в моё лицо голубые, как чистое небо, глаза.

– Только из-за тебя и надо. – возражаю, улыбаясь сквозь слёзы.

Что я творю, не знаю. Вон уже и Сэльма удивлённо таращится, проводя надо мной светящимися ладонями.

– Ты поможешь, Тай? – спрашиваю, затаив дыхание."

"– Конечно, мама.