Кукла моего отца (СИ)

Мужчину явно не смущала огромная разница в возрасте, между нами.

Незнакомец вдруг дарит мне располагающую улыбку, и напряжение чуточку отпускает. Он уверен в себе, спокоен и, судя по всему, готов потратить в этом месте кругленькую сумму.

С того дня Бенджамин Сандерс – так он представился, стал регулярным посетителем небольшого антикварного магазинчика в Квинсе. Мне было невдомёк, зачем человеку, который заказывает доставку купленных предметов интерьера в один из самых фешенебельных пригородных районов этого города, закупаться у нас.

Да, если хорошо покопаться, здесь можно найти пару интересных вещичек. Но даже такой неискушённой девчонке, как я, всё происходящее казалось странным.

Мистер Брендстон поначалу относился к богатому покупателю благодушно. Но почему-то вскоре частые визиты именитого гостя стали его напрягать. Хозяин магазина всегда сам стремился его обслужить. Только у меня уже давно намётан глаз, и я хорошо различала настроения мистера Брендстона. По натуре человек широкой души и добряк, он словно каменел перед медиамагнатом.

Не потому, что боялся, скорее, в подобной реакции чувствовалась настороженность, готовность в любой момент ринуться в атаку.

Выяснить, что за птица к залетела в наши края, оказалось вовсе не сложно. Гугл содержал в себе множество статей, которые поведали нам с хозяином магазинчика, что перед нами один из самых богатых людей Нью-Йорка. А значит, и мира.

– Теа, – обратился ко мне мой работодатель в тот момент, когда я разливала по чашкам кофе, давясь слюной в ожидании очередного кулинарного шедевра супруги мистера Брендстона, – может, тебе стоит взять отпуск?

Я недоуменно смотрю на мужчину, который выглядит расстроенным и напряжённым.

– Что случилось? У вас финансовые проблемы? Я могу поработать и бесплатно!

Заглядываю в глаза мистера Брендстона, пытаясь понять, что кроется за этим предложением. Он хмурит свои седые кустистые, словно у старой совы, брови.

Я всегда ему доверяла, испытывая с ним то чувство, которое давно уже не появлялось рядом с отцом, – спокойствия и уверенности.

У меня никогда не было сомнений в его отеческом ко мне отношении, а потому и я относилась к нему и его супруге как к родителям. Их дети давно выросли и мало уделяли им внимания. А мне порой так не доставало заботы и участия, что я черпала их в чужой семье.

– Нет-нет, не переживай, девочка. Не хватало тебе ещё о таких вещах думать, – отмахивается он, – мне не нравится то внимание, которое тебе уделяет эта старая гиена Сандерс.