Кукла моего отца (СИ)

А теперь мне приходится хмурить брови. Никогда не доводилось слышать подобный уничижительный тон из его уст. Мистер Брендстон произнёс всего пару слов, но он вложил в них столько ненависти и презрения, что мне стало не по себе.

– Зато он постоянно что-то покупает, когда приезжает, – улыбаясь, пытаюсь снять повисшее напряжение. Только это совсем не помогает. Наоборот.

Мой собеседник смотрит на меня как на маленького несмышлёного ребёнка, и я осознаю, что упускаю из виду что-то очень важное. Но вот, что именно, понять не могу.

– Ах, Теа, ты даже не представляешь, насколько может быть опасным для тебя этот человек. Деньги и власть развращают, а их у него сполна, и он хочет получить тебя.

Давний друг отца произносит всё это с покрасневшим от гнева лицом. Я вижу, что его руки, держащие кофейную чашку, подрагивают, но даже не понимаю, какое напряжение он испытывает в данный момент.

Во мне борются рвущийся наружу смех от нелепости подобного предположения и смущение. Ну что за ерунда!? Ведь мистер Сандерс для меня настоящий старик! Его попытки флирта кажутся мне убогими и нелепыми.

Его взгляды мне противны. Неужели он верит, что я способна разглядеть в нём мужчину?

– Остерегайся его, девочка, а лучше пока на работу не приходи.

Если первому совету я могла последовать, то второму – никак. Хотя по доброте душевной мне и был предложен оплачиваемый отпуск, но всё же я им не воспользовалась. В силу юношеского максимализма я не сомневалась в своей способности справиться с любой неурядицей.

Да, мне всего девятнадцать, но я уже умудряюсь содержать и себя, и своего отца, платить за квартиру и небольшую мастерскую, учиться и подрабатывать. Пусть это в целом имело малый профит, но всё же я гордилась собой и своей самостоятельностью.

«Мистер Медиамагнат» – как мы прозвали его за спиной – досконально выучил мой рабочий график и приезжал к нам в определённые дни недели как штык. После этого разговора я начала замечать то, что раньше моё сознание от меня скрывало, – его хищный интерес, который он маскировал участием в моей судьбе.

А маслянистый взгляд всё больше и больше смущал. Он смотрел на меня так долго и неотрывно, что казалось, вот-вот протрёт на мне дыру.

В общении с ним мне приходилось стискивать зубы, и я отсчитывала минуты до его ухода. Создавалось впечатление, будто он сам ждёт от меня чего-то.

Я вовсе не наивная глупышка, отлично знала, чем занимаются мои одноклассницы, когда им сильно требуются деньги.