Кукла моего отца (СИ)

Ведь от подобного нельзя отказываться. Это один шанс на миллион. Редким дурочкам так везёт, что к ним приходит мультимиллионер и кидает мир к их поношенным туфелькам.

– Я. Никогда. Не буду с вами. Ни за какие деньги.

И тут меня разбирает смех. Я хохочу так, как никогда не смеялась. Истерично, громко, сгибаясь пополам. Смеюсь до колик, до дрожи, до слёз, что текут по щекам.

Спустя пару минут, когда меня отпустило, я воззрилась на него сквозь помутневшие от слёз глаза и заметила ярость, с которой он на меня смотрел.

С того дня минуло несколько месяцев.

Наша следующая встреча произошла в полицейском участке.

А до этого момента маленький магазинчик с антикварными вещичками успел опустеть.

Как бывает в грустных фильмах, когда за какие-то пару дней жизнь главных героев кардинально меняется. Так произошло и со мной.

Я отгоняла от себя мысли о том, что всему виной моя глупость, порывистость и недальновидность.

Мистеру Брендстону пришлось изменить свои планы и уйти на пенсию раньше намеченного срока. А всё потому, что у здания, где находился антикварный магазин, сменился хозяин. У целого, чёрт подери, дома! И новый владелец чинил препятствия к нормальной работе магазина, вынуждая съехать.

– Не переживай, деточка, всё равно рано или поздно мне пришлось бы уйти на покой, – утешал меня мистер Брендстон, пока я со слезами на глазах наблюдала за тем, как до боли знакомое место становится обезличенным, без привычных разномастных предметов интерьера.

Я едва ли не рыдала, понимая, что моя еле-еле устоявшаяся жизнь вновь пошатнулась и стремительно катилась ко дну. Вроде все только-только наладилось… и вот вновь проваливается в тартарары.

Вскоре до меня дошло, что у нас с папой дела обстоят куда хуже. Если у мистера Брендстона имелась подушка безопасности в виде достойных пенсионных накоплений, то, когда выяснилось, что хозяин наших трущоб повысил аренду вдвое, я поняла, что мы рискуем остаться и вовсе на улице.

Мне всегда казалось, что наша с папой квартирка с небольшой прилегающей к ней мастерской – довольно жалкое местечко. Пока не убедилась, что бывают и похуже. В ещё более бедном районе, чем тот, в котором прошло моё детство. Там, где выходить одной на улицу не стоит.