Куколка последней надежды

— Моей квалификации вполне достаточно для предварительного осмотра, — успокоил американца Кортес. — Мне известны некоторые признаки «Гейши», которые вы вряд ли сумели бы подделать.

— Я не уполномочен рассказывать о них. Можно посмотреть статуэтку?

— Пожалуйста, — кивнул Гинзбург.

Балдер подошел к стойке и открыл чемоданчик.

Каменная статуэтка, изображающая спящую женщину, уютно устроилась в специальном углублении, выложенном черным бархатом. Прекрасно вырезанное лицо, тонкая шея, плавно переходящая в стыдливо прикрытую грудь.

Контуры тела и ног едва угадывались, казалось, что скульптор заторопился или просто бросил работу, не доделав статуэтку до конца. «Гейша». Придумав это название, Мехраб здорово рисковал — лицо спящей женщины было лишено азиатских черт.

— Хорошая упаковка, — заметил молодой наемник.

— Мы были удивлены, обнаружив статуэтку в обычной сумочке, — невинно бросила Сана.

— Это только подтверждает версию о похищении, — невозмутимо ответил Артем. — Чемодан, в котором обычно перевозят «Гейшу», снабжен устройством слежения.

Видимо, воры знали об этом.

Кортес по-хозяйски взял Куколку в руки, тщательно оглядел, воспользовавшись извлеченным из кармана увеличительным стеклом, спокойно кивнул и вернул Балдеру.

Американцы переглянулись.

— Этого более чем достаточно. Уверен, что в Москве предстоит серьезная экспертиза, но я на сто процентов уверен, что это подлинник.

— Тогда пойдемте к самолету, — буркнул Гинзбург.

Несколько позже, разместившись в салоне первого класса и пропустив стаканчик белого вина за удачное путешествие, Кортес откинулся на широкую спинку кресла и набрал телефонный номер.

Молодой наемник, поняв жест напарника, незаметно активизировал оберег, маленькую черную пирамидку, сделавшую невозможным и прослушивание и подслушивание разговора. Теперь Кортес мог говорить не стесняясь.

— Яна? Мы в самолете.

— Рада за вас, — съязвила девушка.

— Мне нужна встреча в аэропорту.

— К чему такая спешка?

Украшавшие плечи наемников метки Темного Двора отчетливо реагировали на излучение магической энергии, идущее от статуэтки.

Куколка фонила, хотя не должна была этого делать ни в коем случае.

— Сильно? — помолчав, спросила девушка.

— Еще нет, но излучение нарастает.

— Она активизировалась, среагировав на трансформацию моряны, — задумчиво протянула Яна. — Всплеск был слабым, но его хватило.

— Исходя из того, что говорил Мехраб, у нас есть пятнадцать или двадцать часов, — буркнул Кортес.