Куколка последней надежды

 — Екатерина Федоровна всю жизнь проработала в обычной больнице и имела право на такой тон.

— Я стараюсь помогать всем.

— Один день в неделю? Очередь к тебе растягивается на месяцы.

— Невозможно помочь всем.

— Невозможно помочь всем, невозможно остановить войны.

— Зато я не нарушаю принципы.

— Но не способен объяснить их смысл.

— Зато я их не нарушаю.

— Ты изменяешь духу братства.

— Дух братства не требует от меня жить в лесу и носить лохмотья. Я помогаю людям, но я не их раб.

— Но и Олеся не наша рабыня, — всплеснула руками Екатерина Федоровна.

— Она сама отказалась от наших принципов, — жестко бросил Исаченко. — Она не Целитель!

— Она не Целитель, — кивнул Качинский.

— Олеся Александровна была моим наставником, — поднялся Володя Курилов. — Она много помогала мне, и мне больно, мне очень больно говорить, но… Она нарушила все, чему учила меня. Нравится нам это или нет, но наши принципы должны… — Володя запнулся, нервно потеребил галстук, но продолжил: — У человека должны быть принципы.

— Олеся не сочла нужным принять мое предложение и приехать, — сухо произнес Исаченко.

— Она не допустила ошибку, — тихо сказала Екатерина Федоровна. — Наши принципы значат для нее много, очень много, но сейчас…

— У принципов нет понятия «сейчас» или «потом», — вздохнул Володя.

Он опустился на стул.

— Может быть, теперь ты мне объяснишь, в чем дело? — угрюмо осведомился Кабаридзе.

— Дурацкая история, — криво улыбнулся Курилов, — очень похожа на перетряхивание грязного белья.

— Олеся Александровна связалась с воином.

— Что значит «связалась»?

— Свечку, как ты понимаешь, никто не держал, но она не скрываясь проводит с ним время. Их видели в ресторане, в казино, в клубе.

— А что за воин? — помолчав, спросил Реваз.

— Артем Головин, компаньон Кортеса.

— Головин? — Кабаридзе сжал кулак. — Артем Головин?

— Если тебе любопытно, — улыбнулся Артем, складывая мобильный телефон, — я только что говорил с Тосцием. Вчера вечером Муба разделался в личной встрече с командором войны де Коком и вышел в финал Кубка Дуэлей.

— Говорить об этом еще рано, — протянул Кортес, — но, кажется, поставив на хвана, мы сделали удачное вложение средств. Чего хотел букмекер?

— Предложил выкупить нашу ставку один к шести.