Будто в замедленной съемке, Марта облизала пересохшие обветренные губы. Я видел их так отчетливо. Каждую складочку, каждую болезненную трещинку. Розовый язык… Я находился так близко, что чувствовал аромат ее кожи и чего-то затхлого. Очевидно, в ее убежище долгое время никто не жил. Но даже этот запах меня не отталкивал. Глаза в глаза… Пока ее рука не легла мне прямо на яйца, легонько сжав мошонку."
"— Чистенькая, говоришь? Ты ни черта обо мне не знаешь, майор, ни черта! Думаешь, меня твои зэчки испугают? Брось… Меня в такой грязи изваляли, что тебе и не снилось.
Так что даже не надейся, что сможешь меня запугать, — прошептала Марта мне прямо в губы.
Это подорвало меня. Ее жаркий шепот, ее сумасшедший взгляд, ее тонкие пальцы на моей лопающейся ширинке. Ее ненормальное… абсолютно ненормальное поведение и, я уверен, нетипичная развязность. Я резко выпрямился. Схватил Марту за руку. Ту самую, которая хранила тепло моего тела, и резко дернул ее на себя:
— Пойдем!
— Эй, ты куда меня тащишь?!
— Заткнись и иди за мной!
— Майор, — ко мне сунулся один из парней.
Кивком головы я дал понять, что все под контролем, и поволок Марту дальше, по коридорам. К туалету, единственному месту, где не было камер.
— Что ты творишь?
— Заткнись! И послушай, что я тебе скажу, — мой голос был тихим, а я весь — максимально собранным. — Твой паршивый муженек — заноза в заднице у всего цивилизованного мира. Не хлопнем мы, хлопнут другие, и тогда не факт, что эти другие дадут тебе гарантии безопасности!
— А ты, значит, дашь?
— Дам!
— Ты наивный? Или глупый? Второе вряд ли, иначе бы тебе не поручили это дело.
— Что ты этим хочешь сказать?
— Почему именно сейчас, Макс? Почему он понадобился именно сейчас?
— Мы ведем его долгие годы!
— А к финишу подошли аккурат к выборам президента?
Я сверлил ее взглядом и сопоставлял в уме известные мне факты с тем, что она говорит.
— Какое это имеет отношение? — я сделал вид, что не понимаю, о чем она.
— Ты не можешь верить в то, что Вуич действует сам по себе. А значит, не можешь не понимать, чем грозит его арест для некоторых о-о-очень высокопоставленных чиновников.
Ты правильно заметил — он засветился. Не факт, что его не загребут спецслужбы какой-нибудь маленькой европейской страны, и он не сдаст подельников подчистую. Ты это знаешь, и я это знаю. Повторяю, я ничего не скажу. Ничего. Я жить хочу, майор.
Я отступил чуть в сторону. Дернул осточертевший галстук. Я не был дураком. Она права. Я прекрасно понимал, что происходит.
