Я не мог изменить прошлого, сколько бы от себя ни бежал. Сколько бы ни отрицал свою суть, сколько бы ни открещивался. Впервые в жизни я встретил женщину, с которой готов был рискнуть, без всякого страха быть непонятым. Может быть потому, что она сама многое пережила. Так уж вышло, что глядя в ее глаза, я как в отражении видел свои… Темные, пустые провалы, в которых плескалась боль.
Видит бог, у меня было много времени на то, чтобы все обдумать. Мы месяц искали Марту! Четыре долгих недели. В какой-то момент я даже отчаялся.
А тут еще маленькая Алиса. Я… ведь совершенно не был готов к тому, чтобы стать отцом малышке. А потом она заболела, и это, к чертовой бабушке, перевернуло всю мою жизнь. Я не знаю, сумел бы ее отдать или нет, и никогда теперь не узнаю, но та ночь, что я провел под детской реанимацией, разделила мою жизнь на до и после. А может это случилось уже в момент ее рождения. Когда сморщенная и вопящая, перемазанная с ног до головы, она выскочила прямо в мои неловкие руки.
Теперь, чуть больше месяца спустя, я жизни не представлял без этой малышки.
Алиса стала еще одной ниточкой, которая связала меня и Марту. Я хотел счастья для своей девочки. Я хотел, чтобы у нее была мать.
Допрос затягивался. С непривычки голос Марты осип. Я подумал о том, что в последнее время ей все больше приходилось молчать. И будто угадав мои мысли, главный оторвался от допроса и вызвал одного из парней:
— Антон, найди где-нибудь кофе, или чая. Там уже глотки у всех пересохли.
— Так точно.
Стаканчики с кофе Антон принес довольно быстро.
Поставил один перед Мартой, второй перед шефом. А мне, похоже, не досталось. Да и вряд ли бы я стал пить эту гадость. Сеничкин давил. Но Марта, несмотря на усталость, держалась молодцом. Мне было страшно представить, что ей пришлось пережить, чтобы научиться вот так себя контролировать. Но, тем не менее, я понимал, что просто обязан докопаться до правды. Вывести Марту на откровенный разговор, чтобы, сам того не желая, не навредить ей.
— Это все сведения, которыми вы располагаете?
— Да, я рассказала все, что мне известно.
Теперь я могу быть свободна?
— Вы и были свободны, Марта. Но вы забыли передать мне пароли. Возможно, что записи, имеющиеся у вас, действительно несут в себе какую-то важную информацию.
Впервые на лице Марты появились эмоции. Что же на тех чертовых пленках?! И почему я о них услышал только сегодня? После недолгого раздумья Марта все же нацарапала логин и пароль от облачного хранилища. Сеничкин кивнул мне на дверь.
