Лапти

Даже трое отсутствующих и те стояли в списке.

— Все! — твердо заявил он.

— Нет, не все, — еще тверже проговорил Егор.

— Тогда подскажите. Извиняюсь, если пропустил.

— Охотно извиняем, но пропустил ты самого главного.

Дядя Мирон поднял палец:

— То есть, комары тебя закусай, самого себя.

Алексей облегченно вздохнул и усмехнулся:

— А я ведь думал — и вправду кого забыли. Ну, это не велика беда. Мне скоро уезжать…

— Слышали, — перебил Егор. — «Уезжать, уезжать»! Раз ты начал дело вязать, вяжи и себя.

А еще наш совет такой: погоди малость ехать. Наладь дело, а тогда мы тебя с колокольчиками проводим. Сейчас на первых порах… вон у жнейки есть сама главна шестеренка на большом колесе… эдака шестеренка и нам нужна. А то уедешь, возле какой шестеренки вертеться?

Смущенный и пунцовый, припертый к стоне, Алексей как-то невольно со всех мужиков перевел взгляд на Дарью, а та вприщурку на него, словно сказать ему хотела:

Петька, затаив дыхание, тоже уперся черными глазами на Алексея и внутренне радовался.

Он не ожидал, что дело примет такой оборот.

— Вот что, мужики, конечно Алексею уезжать надо. Его ждет работа. Но это все-таки не мешает ему вписать пятнадцатым и себя в артель. Землю его мы обществу не уступим, прирежем к артельной, а там, когда вздумается, пусть он приезжает и работает с нами.

— Верно! — загудела артель.

И тогда настойчиво к нему:

— Проставляй себя пятнадцатым!

Алексей вписал свою фамилию.

Потом избрали временное правление.

Председателем поставили Алексея Столярова, заместителем Прасковью Сорокину и членом правления Никанора Астафьева.

В клубе, на большом столе, полотнища белой и цветной бумаги, краска, чернила, ножницы, кисточки, линейки и сваренный из картофельной муки крахмал. Вокруг стола, кто стоя, кто сидя на скамейках, а кто на коленках, примостились комсомольцы. Они писали заметки, статьи, стихи, рисовали, вырезали из цветной бумаги буквы, из журналов готовые картинки.

Петька, редактор, и Алексей сидели на сцене и тоже писали, время от времени давая указания большому столу — «главной типографии».

Готовился «срочный, внеочередной» как говорилось в протоколе ячеек, номер стенгазеты «Клич комсомольца», приуроченный к землеустройству и коллективизации.

В Леонидовне привыкли к своей газете и всегда с большим интересом ожидали очередного номера. Этот же «внеочередной» был особенно любопытен. Оттого у дверей клуба и в сенях толпился народ.