Первый раз мы узнаем фамилии дяди Якова, Дарьи, Лукьяна, Семы Кривого лишь в дни, когда они создают артель и Петька пишет заявление в уездное земельное управление. Также не случайно западает в сердце многим селянам хлещущая их, как бичом, речь Алексея Столярова на сходе, и они готовы слушать эту обиду и боль еще и еще.
На безрадостном фоне горемычной Леонидовки знакомит писатель нас с семьей Сорокиных, драматическая судьба которой служит сюжетным стержнем романа. Бывший председатель сельсовета, коммунист Степан Сорокин выдвинут на работу в уездный центр.
Сначала на время, а потом и совсем оставляет он в Леонидовне жену Прасковью с детьми. Городская жизнь, «образованная подруга» делают некогда принципиального коммуниста другим человеком. Трудно переживает разрыв с мужем Прасковья. Но повзрослевший на глазах старший сын Петька, подруги-беднячки, молодая вдова Дарья и бабка Акулина поддерживают Прасковью, не дают горю взять верх. Прасковья, жизнь и беды которой все «на миру», становится сельской активисткой.
Вожак комсомола в Леонидовке — ее сын. Беззаботна и легка его привязанность к Наташке, дочери кулака Нефеда. Не особенно печалится над этим Петька. Куда больше его ранит ухаживание дружка Ефимки за девушкой. Но Ефимка уходит в армию, и никому иному, а именно Петьке приходится раскулачивать Нефеда…
В Леонидовку, откуда в свое время вырвался в город учиться, приезжает отдохнуть и поработать над дипломом Алексей Столяров. Заботы бедняков об артели захватывают его, тревожит сердце и уснувшая было любовь к красавице Дарье.
Перегородить Левин дол плотиной, построить водяную мельницу, поставить на ноги артель, а уж тогда можно вместе с Дарьей снова в город — решает Алексей… Но выполнить задуманное непросто. Местные кулаки Семен Лобачев, Нефед, перерожденец Митенька сумели подчинить своему влиянию председателя сельсовета, недавнего красного бойца Степана Хромого…
В первой книге «Лапти» (вышла она в 1929 г.) намечены десятки характеров, судеб, конфликтов, в которых ярко показано начало коренной ломки всего уклада жизни старой Леонидовки.
Кому-то книга безоговорочно пришлась по сердцу знанием деревенской жизни, живописными бытовыми сценами, меткими житейскими характеристиками, точно подмеченными особенностями становления советской власти, новых социальных отношений в деревне. Кого-то книга не удовлетворила. Она раскрыла лишь то, что было для советской деревни вчерашним днем.
