Горас нанял для меня кормилицу, потом провел день, заперевшись с целой армией адвокатов, и через двадцать четыре часа после того, как Чарити повесилась, он приставил пистолет к виску и выстрелил.
Хьюстон села. Ей было нечего сказать. Она думала о том, как Кейну пришлось жить с этой трагедией всю свою жизнь.
— Так что тебя растили Фентоны.
— Меня никто, черт побери, не «растил», — закричал он. — Когда через два дня после самоубийства Гораса Фентона было оглашено его завещание, оказалось, что вся его собственность завещалась сыну Чарити.
— Тебе?
— Мне. Джекобу не принадлежало и цента. Он назначался опекуном Кейна Джекоба Таггерта, трех дней отроду.
— Но я не понимаю… — сказала Хьюстон, — я думала…
— Ты думала, что я родился без цента в кармане. Джекоб не выходил из комнаты несколько часов после оглашения завещания, но ему удалось подкупить всех до одного адвокатов и состряпать новое завещание, по которому все отходило ему.
— А ты?
— Людям говорили, что ребенок Чарити умер при рождении, и первые шесть лет меня перевозили с одной фермы на другую.
Джекоб боялся, что если я надолго задержусь на одной ферме, то смогу узнать правду о своем рождении.
— Или Таггерты могли узнать о том, что ты жив. Я не могу представить, чтобы Рейф мог позволить, чтобы его племянника так обвели вокруг пальца с его наследством.
— Деньги — это власть, а ни у кого из Таггертов никогда их не было.
Хьюстон пересекла комнату.
— А Джекоб не хотел бросать всего того, над чем он работал все эти годы. Он, наверное, считал Гораса своим отцом, но в последнюю минуту у него отобрали все, как будто он ничего не значил.
И все отдали какому-то младенцу.
— Ты что, на его стороне?!
— Конечно нет. Я просто стараюсь понять, почему он совершил такой ужасный поступок. Что, если бы он управлял всеми делами, доверяя тебе, а ты, когда стал совершеннолетним, решил бы выкинуть его на улицу?
— Я бы не мог так поступить.
— Но он об этом никак не мог знать. Ну и что теперь? Ты хочешь возмездия?
— Какого черта, нет. Я знал об этом все эти годы.
— Ты не собираешься отнять у него деньги обратно? Сейчас твой собственный сын живет у Фентонов, и ты не выбросишь его из дома, не так ли?
— Подожди хоть одну чертову минуту, прежде чем ты соберешься во всем этом деле занять сторону Фентона. Все, что я когда-либо хотел, так это чтобы Фентон однажды оказался за моим столом, который был бы больше его стола, и во главе которого была бы первоклассная леди.
Хьюстон долго не отводила от него взгляда.
