Однако я был уверен, что ты передумаешь. У меня больше денег, чем Вестфилд когда-либо имел, и я знал, что ты выйдешь за меня.
Он вытащил из кармана часы.
— Пора спускаться. Я так давно этого жду.
Он взял Хьюстон под локоть и провел ее к лестнице. Хьюстон так оцепенела, что не могла говорить. Ей сделали предложение для того, чтобы использовать как орудие мести. Она думала, он хотел ее потому, что она была ему нужна, потому, что за прошедшие месяцы он начал испытывать к ней хотя бы симпатию, если уж не любовь.
Но правда заключалась в том, что он только использовал ее.
Глава 23
На протяжении всего ужина Хьюстон не покидало ощущение, что ее кожа стала такой же ледяной, как и бриллианты на шее. Она двигалась и говорила, как будто во сне. Только годы тренировки выручали ее, когда ей приходилось вести разговор и делать указания слугам.
На первый взгляд казалось, что все шло просто превосходно. Пам, видимо, ощущала некоторую напряженность и старалась помочь, как могла. Ян и Зак болтали о спорте, Джекоб сосредоточился на пище в своей тарелке, а Кейн смотрел на них всех с выражением гордости на лице.
«Как он задумал поступить со мной после того, как я сыграю свою роль?» — не переставала размышлять она. Не собирается ли он уехать отсюда, раз уже осуществил свои планы здесь, в Чандлере? Она припомнила его частые жалобы на то, каково ему было вести дела в этом маленьком тоскливом городишке. Почему она ни разу не задумалась над тем, зачем ему было строить такой дом? Пока дом строился, все в городе задавались этим вопросом, но, когда Хьюстон закружил вихрь последних событий, ей стало не до этого.
Кейн заявился в город и сразу же направился прямо к Джекобу Фентону, чтобы объявить о своем прибытии и спросить старика, как тому нравится его дом. Разве трудно было понять, что все в жизни Кейна подчинялось его чувствам к Фентонам?
А Хьюстон стала лишь частью его плана мести.
Это все, чем она была для человека, которому отдала свое сердце: пешка в его игре, которую он хотел — должен был — выиграть.
И мужчина, которого она полюбила, оказался способным на то, чтобы посвятить свою жизнь такому нечестивому чувству, как месть.
Пища, которую она ела, застревала в горле, и она с трудом проглатывала ее. Как она могла так ошибиться в человеке?
Когда наконец долгий ужин подошел к завершению, Хьюстон поднялась, чтобы проводить Пам в маленькую гостиную, предоставив мужчинам возможность наслаждаться их сигарами.
