Блейр читала медицинский журнал, а две другие женщины шили, как вдруг входная дверь шумно отворилась и в комнату ворвался мистер Гейтс.
— Где она? — проревел он так, что закачалась люстра. — Где эта шлюха?
Мистер Гейтс был в бешенстве. Он схватил Блейр за руку, вытащил ее из кресла и поволок к выходу.
— Мистер Гейтс! — Опал вскочила. — Что это значит?
— Эта… дочь дьявола провела ночь с Лиандером, и, несмотря на то, что она опорочила себя, он собирается поступить с ней как с честной женщиной.
— Что?! — воскликнули все три женщины.
— Я говорю, что Лиандер собирается жениться на этой шлюхе.
С этими словами он выволок сопротивлявшуюся Блейр из дома.
Хьюстон тяжело опустилась в кресло, не в состоянии понять, что происходит.
— Хьюстон, — сказала ее мать. — Вы вчера с Блейр поменялись местами?
Хьюстон молча кивнула и снова принялась за шитье, как будто ничего не произошло.
Солнце село, в комнате стало темно, и горничная включила свет, а мать с дочерью все еще не произнесли ни слова. Только одна мысль крутилась у Хьюстон в голове: «все кончено».
В полночь отворилась парадная дверь, и Дункан втолкнул в гостиную Блейр.
— Все решено, — произнес он охрипшим от крика голосом. — Блейр и Лиандер поженятся через две недели. В воскресенье об этом объявят в церкви.
Хьюстон молча поднялась с кресла.
— Дочка, — тепло сказал Дункан. — Мне очень жаль, что так вышло.
Хьюстон едва заметно кивнула и направилась к лестнице.
— Хьюстон, ну пожалуйста, — прошептала Блейр.
Но в этот момент Хьюстон не испытывала ни капли сострадания к сестре, и, даже услышав, как та всхлипывает, она не оглянулась.
Уже войдя в свою комнату, она все еще продолжала находиться в оцепенении. Ее жизнь была кончена из-за одной единственной ночи. Она потеряла всё.
На стене в рамочке висел диплом об окончании школы мисс Джоунз для молодых девиц. Она яростно сорвала его со стены и швырнула на пол, но, когда стекло вдребезги разлетелось, легче не стало.
Одеревеневшими пальцами она принялась расстегивать пуговицы на платье.
Минутой позже она стояла посреди комнаты в ночной рубашке, не замечая, что к ней вошла мать.
— Хьюстон? — сказала Опал, положив руку на плечо дочери.
— Иди к ней, — проговорила Хьюстон. — Ты сейчас нужна Блейр. Если она останется здесь и выйдет замуж за Лиандера, то будет потом жалеть. Она много потеряет.
— Но ты тоже много потеряла сегодня.
— Это случилось гораздо раньше. Правда, иди к ней. Со мной все будет в порядке.
Опал подняла с пола диплом в разбитой рамке.
